Все под контролем

Келли пришлось почти бежать, чтобы не отставать от меня. Мы свернули в проулок и пошли в направлении пустыря. Было темно; Келли не особенно хорошо ориентировалась и шла, уже еле волоча ноги.

— Куда мы идем, Ник?

— Хочешь поиграть в шпионов? — спросил я возбужденным шепотом. — Представь себе, что ты Могучий рейнджер и выполняешь тайное поручение.

Мы дошли до пустыря и тем же путем направились к проволочной изгороди. Я взял Келли за руку, помогая шагать вровень с собой; мне показалось, что она начинает понемногу понимать, в чем дело.

Мы дошли до сумки. Я поднял комбинезон и сказал:

— Я должен надеть его, потому что это специальный комбинезон: в таких ходят шпионы. — Когда она увидела комбинезон, лицо ее изменилось. Внезапно я понял, что комбинезон в ее представлении был как-то связан с людьми, которые приходили к Кеву. — Твой папа тоже такой носит. Тебе тоже надо было стать шпионкой. Расстегни пальто.

Она сняла пальто, я вывернул его наизнанку и снова надел. Келли это понравилось.

Я поднял сумку и повесил ее на плечо.

— А теперь потихонечку пойдем вон туда, — указал я.

Когда мы дошли до поддонов, я поставил сумку точно на то же самое место.

— О'кей? — спросил я, подняв оба больших пальца.

— О'кей. — Она повторила мой жест.

— Видишь там вон ту штуку? Если она нас заметит, поднимется страшный шум, зажжется свет, и мы пропали. Поэтому никогда не переступай сумку, ладно?

— Ладно. — Мы оба подняли большие пальцы.

Я составил поддоны так, как они и стояли, и объяснил Келли, что от нее требуется. Она негромко заворчала. Потом прислонилась к поддонам, как я и показал ей, и, кажется, решила, что это нужно делать как можно громче, помогая себе руками, и всякое такое.

Я расстегнул сумку, вытащил часы и коробку из-под яиц и засунул минутную стрелку в чехол. Аккуратно затянул ленту, и конструкция показалась мне надежной и даже симпатичной.

Келли продолжала наседать на поддоны, и я сказал ей, чтобы она передохнула. По крайней мере, все это было ей интересно. Она следила за тем, как я орудую с часами и яичной коробкой, а затем приклеиваю к запястью две эластичные ленты.

— Фокус. Смотри внимательно!

Келли кивнула, возможно все еще пытаясь сообразить, как мне удалось отключить телевизор с помощью дистанционного управления.

— Готова, Келли?

— Готова.

— Тогда начали!

Я взбирался вверх медленно, стараясь, чтобы на Келли приходилась минимальная нагрузка.

Оказавшись наверху, на расстоянии вытянутой руки от одной из сторон датчика, я приложил запястье к груди, обеспечив себе хорошую, прочную опору. Повернул коробку из-под яиц так, чтобы ее длинный конец был параллелен земле. Затем мягким движением продвинул его примерно на шесть дюймов под детектором. Сделав это, я прислонился спиной к стене и приложил запястья к груди. Мне пришлось простоять так минут пятнадцать.

Я ждал, пока коробка из-под яиц медленно приподнимется и закроет переднюю часть детектора; движение должно было быть настолько неосязаемым, чтобы чувствительности детектора не хватило зарегистрировать его — иначе он срабатывал бы всякий раз, как по нему проползал паук. Я надеялся только на то, что Келли выдержит.

Скоро узнаю.

Я то и дело поглядывал вниз на нее, подмигивал и спрашивал:

— Ну как, нравится?

Она отвечала широкой улыбкой — или мне так казалось, поскольку видел я только вывернутое наизнанку пальто, капюшон и пар от дыхания.

Пока мы оба ждали, когда минутная стрелка займет вертикальное положение, издали вдруг донесся затихающий вой полицейской сирены.

Черт! Черт!

Он раздавался со стороны улицы, противоположной зданию, и не мог иметь к нам никакого отношения. Иначе почему тогда выехала всего одна машина и зачем было включать сирену?

Я не мог пошевелиться. Если я это сделаю, то моя постройка рухнет — к чему тогда было все это затевать? Пока я даже не видел мигалки.

— Ник, Ник, ты слышал?

— Все в порядке, Келли. Держи крепче. Все в порядке, я их слышу.

Что я мог предпринять? Я внутренне приказал себе не впадать в панику, сохранять спокойствие и ясность мысли.

Чей-то крик эхом разнесся над стоянкой. Он долетел со стороны Болл-стрит, но в некотором отдалении. К нему присоединились и другие голоса. По всей видимости, это был жаркий спор, даже перебранка. Я не понимал, о чем идет речь, услышал только, как громко захлопнулись дверцы машины, кто-то что-то сказал, и машина отъехала. Единственное, что пришло мне в голову: кто-то припарковался, пока я развлекал Келли, — возможно, одна из тех парочек, которые я видел из машины Пата, — и они так энергично занимались там своим делом, что стекла запотели и полиция их сцапала. Подобная версия меня устраивала, и я заставил себя в нее поверить.

Коробка из-под яиц уже почти выпрямилась. Я затаил дыхание. Это вам не наука, и шансы на успех у нас были пятьдесят на пятьдесят, не больше. Если детектор засечет нас, придется быстро сваливать и надеяться на судьбу.