Все под контролем

Я стал готовиться к высадке и снова настроился на боевой лад. Пат включил все указатели, и теперь, когда мы медленно подрулили к тротуару возле станции метро, в нас не было заметно ровным счетом ничего подозрительного. Я вышел и просунул голову в открытое окошко:

— Огромное спасибо, дружище, увидимся.

Я вытащил с заднего сиденья черную нейлоновую сумку. Мне представилось, что мы с Патом всю ночь играли в бейсбол и теперь я возвращаюсь домой или что он подвез меня после попойки. Я захлопнул дверцу, пару раз стукнул по крыше автомобиля, и Пат уехал. Внезапно я почувствовал себя очень одиноким. Правильно ли я решил не брать Пата с собой на операцию?

Я еще долго петлял, прежде чем вернуться в отель, а когда пришел, было без десяти двенадцать.

Я быстро разобрал и проверил все, что Пат так тщательно собрал для меня в сумке. Вытряхнул из карманов мелочь и все остальное, что могло не к месту задребезжать или звякнуть. Затем отрезал почти всю верхнюю часть мусорного мешка и завернул в него паспорт и бумажник — получился маленький сверток, который я положил в карман пиджака.

Сделав это, я еще пару раз подпрыгнул, чтобы проверить, не произвожу ли шума, взял сумку и встряхнул ее.

— Знаешь что, Келли? Я выйду на минутку, но скоро вернусь. Будешь хорошей девочкой?

Но она продолжала спать. Я вышел из отеля и пошел по направлению к объекту.

23

У сумки было две ручки и длинный ремень. Я повесил ее на плечо и пошел к реке той же дорогой, что и прошлой ночью. Дождь почти перестал, и теперь я мог видеть звезды и пар от собственного дыхания. Ничего не изменилось, только огни на шоссе казались чуть ярче без тумана.

Дойдя до проволочной изгороди, я перевесил сумку за спину, как рюкзак, и перелез на другую сторону. Теперь так и буду носить ее за спиной; в случае столкновения я смогу убежать, сохранив весь свой набор инструментов, или как последнее средство смогу вытащить пистолет.

Я поравнялся с объектом, теперь нас разделяли только изгородь и пустырь. Никаких звуков, кроме приглушенного гула магистрали. Я стал пробираться по захламленному пустырю. Было грязно; нет, это не была глубокая, скользкая грязь, потому что земля под ногами оставалась достаточно твердой, но времени, чтобы добраться до цели, мне потребовалось немало; не хотелось поскользнуться и шумно грохнуться, поскольку мой промокший приятель в кустах вполне мог оказаться здесь не единственной бездомной личностью.

Я подобрался совсем близко к зданию ВИРА. Используя кусты как прикрытие, скинул сумку и уселся на нее. Первый рубеж был преодолен; настало время остановиться, оглядеться, прислушаться и хорошенько все обдумать. Мне нужно быть сверхосторожным, поскольку я действовал на свой страх и риск. По правде-то говоря, это была работа на двоих: один наблюдал, другой делал. Еще несколько минут я внутренне настраивал себя. Видимость сегодня была намного лучше из-за звезд. Парковка слева оставалась по-прежнему пустой; справа поддоны лежали там же, где я их и заметил.

Я достал из кармана свои документы, защищенные синтетической пленкой. Вырыл под кустами ямку, положил туда сверток и закопал его. Это был мой чрезвычайный тайник, или «убежище», как выразилась бы Келли. Если меня сцапают, я буду чистенький, а если удастся уйти, то всегда найдется возможность вернуться и вырыть припрятанное.

Вытерев руки пучком травы, я стал готовиться к работе. Осторожно расстегнул «молнию» на сумке и достал дешевый, ужасный на вид темно-синий комбинезон; возможно, именно в таком был один из друзей Кева.

Передо мной стоял следующий рубеж, хотя «рубеж» не совсем то слово. Перебраться через высокую изгородь с сорокафунтовой сумкой — значило наделать куда больше шума, чем хотелось бы.

Вытащив конец веревки из пиджака, я сжал его зубами. Подошел к ограде и поднял сумку на уровень плеч. Поддерживая ее плечами, привязал ручки к верхней части изгороди узлом, который можно было легко развязать, и перебросил веревку на ту сторону.

Проверив оружие, я просунул пальцы в кольца изгороди и стал карабкаться вверх. Перебравшись через нее, я снова остановился, огляделся и прислушался; только тогда снова взобрался наверх и подтянул сумку. Спустившись вниз, ухватил свободный конец веревки и дернул. Сумку перебросило через изгородь, и она обрушилась на меня всей своей тяжестью. Присев на корточки, я снова огляделся и прислушался.

Работа в одиночку требует предельной сосредоточенности, потому что ты не можешь наблюдать и работать одновременно, хотя необходимо и то и другое. Поэтому приходится постоянно перемежать одно другим; ты либо делаешь работу, либо наблюдаешь. Попробуй делай все сразу — и тебя накроют.

Я встал, перекинул сумку через левое плечо и осторожно расстегнул липучку комбинезона, чтобы в случае необходимости сразу выхватить пистолет. Затем не спеша двинулся к левому крылу здания.