Все в твоей голове. Экстремальные испытания возможностей человеческого тела и разума

Что бы там ни было, точно известно одно: благодаря Дину Tough Mudder, в отличие от Tough Guy с ее почти тридцатилетней историей, стала мировым брендом. Сейчас есть отпочковавшиеся компании, телешоу, спонсоры и миллионы и миллионы гримасничающих лиц на фото в соцсетях. А мистера Мауса позабыли. Он, пожалуй, и до сих пор бы проводил самую суровую в мире гонку с препятствиями, но, как ни крути, без Уила Дина гонки с препятствиями никогда бы не получили такого широкого распространения.

В Лондонском же фетиш-клубе, превращенном в борцовскую арену, Скотт Кинилли стоит в баре в очереди за очередной порцией пива. По его же собственным расчетам, он изрядно выпил — и без передышки: сев на самолет в Сан-Франциско, он заказал у разных стюардесс четыре миниатюрные бутылочки вина, а приземлившись, не упустил возможности заскочить в несколько баров. Посреди ринга обнаженная танцовщица крутит два факела на цепочках, а потом проводит горящий, похожий на плетку конец по груди. Кинилли поделился со мной, почему его так беспокоит, понравится ли мистеру Маусу, как он изображен в фильме. С определенной точки зрения в этой индустрии мистер Маус — герой. Он — основатель и душа всего этого. Но он еще и самый большой неудачник.

— Я не хочу сломить его дух, — говорит Кинилли.

Показ состоится после гонки. Если он пройдет неудачно, то для Кинилли это последний шанс поучаствовать в Tough Guy. Он уверен, что если мистер Маус сочтет свою роль в фильме оскорбительной, то в другой раз запретит Кинилли участвовать. Однако пока что есть, пожалуй, лишь один способ подготовиться к мероприятию — утопить беспокойство в виски, роме и пиве. Ночь продолжается, а мы с ринга перемещаемся на подземке (об этой поездке остались туманные воспоминания) в квартиру Эда в пригороде Лондона. Там около четырех утра мы наконец бухаемся в постель. Не успели мы уснуть, как Скотт, пытаясь застолбить себе назавтра место на переднем сиденье, выкрикивает: «Я — впереди!» Совершенно неудивительно, что в 9 утра мы не поднялись. Но к полудню мы наконец погрузились в машину. Эд набил ее всякими причиндалами, которые ему как лидеру Ghost Squad нужно привезти на маршрут: несколько тюбиков краски для тела, доспехи, несколько мечей и почти 2,5 литра масла для керосиновой лампы — ведь это самое главное для дыхания огнем.

Я втискиваюсь на заднее сиденье рядом с братом Эда, Уиллом. Он — копия Эда, только с длинными волосами и худее. Он слегка напоминает Иниго Монтойю из Принцессы-невесты. Когда Уилл говорит, что не видел этого фильма, я тут же достаю смартфон и включаю фрагмент на YouTube. Я прошу его повторить одну из самых запоминающихся фраз из этого кино:

— Привет, меня зовут Иниго Монтойя. Ты убил моего отца. Готовься к смерти.

Уилл повторяет, и хотя над образом нужно поработать, это вполне удовлетворительно. Ближайшие несколько часов дороги по центральным графствам тянулись словно целую вечность. Эд в своем крохотном автомобильчике петлял между другими машинами, раскачиваясь от пульсирующей после вчерашнего головной боли, а Кинилли выбирал на автомагнитоле плейлист в основном из тяжелого рока. По дороге они просвещали меня по поводу неординарной биографии мистера Мауса с несколькими оговорками насчет неправдоподобных и противоречивых ее пунктов:

— Ну, никто не уверен, где в его словах — правда, а что он попросту выдумал.

Здесь все же слышатся нотки почтительности и преданности человеку, которого они зовут «Безумцем из центральных графств».

— Первое, что замечаешь при встрече, — дом весь пропах собаками. У него их штук шестьдесят, — говорит Эд. А Скотт поправляет его:

— Кажется, что забрел в собачью будку: влажно, мрачно, попросту сбивает с ног.

Вскоре я и сам почувствовал то, что мне описывали.

Несколько раз свернув не там, где нужно, из-за сбоев навигатора, мы проехали яркую неоновую вывеску с надписью «Регистрация». До гонки осталось два дня, но ферма уже вся гудит. В самом центре «Приюта для неудачников» стоит основательный угольный очаг. Это причудливая конструкция из четырех скрепленных между собой ковшей от сельских экскаваторов. Посреди очага не меньше чем на метр возвышается груда золы. Проживающие на ферме и работники Tough Guy утилизируют в этом костровище все подряд: пластиковые пакеты, бутылки из-под пива, ненужные бумаги и недоеденную еду. Большая часть вонючего дыма выходит через старинный каменный дымоход, но и в дом проникает столько, что отравление оксидом углерода, похоже, грозит любому, кто долго пробудет в помещении. В дальнем углу дома стоит неудачный образец стараний таксидермиста: стандартных размеров пони — один из отбросивших копыта любимцев мистера Мауса. Он покрыт сантиметровым слоем пыли и мусора. Напротив расположился вполне рабочий пулемет фирмы Bren, оставшийся с военной службы мистера Мауса. Он стоит на треноге, нацелившись в центр комнаты. Скорее всего, он не заряжен, однако, учитывая царящий хаос, я бы не решился пробовать.