Все в твоей голове. Экстремальные испытания возможностей человеческого тела и разума

Маршрут открыт еще несколько часов, люди не торопятся завершить гонку. В это время Эд с Джеймсом просят меня обучить их моему методу. Они говорят, что я — единственный, кто всю гонку улыбался. Возможно, я и не самый быстрый — на самом деле мне до этого далеко, — зато самый довольный.

— Если у меня это хоть немного получится, когда заживет рука, кто знает, что я смогу сделать на следующий год! — говорит Эпплтон.

Следующим утром Скотт Кинилли показывает свой фильм мистеру Маусу и нескольким избранным из числа участников и добровольных помощников. Кинилли внимательно наблюдает за своим наставником, а тот тяжело дышит, глядя, как описано его собственное безумие и то, как у него украли его дело и его состояние. Озвучка еще не завершилась. Звук пока не идеален, а звучащий за кадром голос Кинилли — это хрипловатая запись с айфона. Но когда пошли титры и мистер Маус заулыбался, Кинилли понял, что ему удалось передать дух Tough Guy.

Для меня же Tough Guy — только начало, скромное испытание метода, благодаря которому у меня внутри высвободился дракон. Настоящий бой меня ждет не на покрытых грязью препятствиях и не в ледяной воде, где всегда можно позвать спасателей или членов Ghost Squad. Теперь я нацелен на покорение вершины, которая ежегодно забирает чьи-то жизни.

Глава 13Килиманджаро

Говорят, в Моши — это не город, а какой-то пылесборник, всего в часе езды от Килиманджаро, — вблизи вершины некоторые мобильные ловят Сеть. Я не хочу упустить шанс опубликовать селфи с голым торсом и впечатляющим видом на гору, поэтому ищу кого-нибудь, у кого можно купить устаревшую симку оператора Vodacom, которая бы там работала. Рядом с автобусной остановкой за складными столами сидят с десяток человек, предлагая целый ассортимент треснутых и поцарапанных, но в остальном прочных телефонов Nokia. Это скромный фронт технологической революции в этой части Африки. В Танзании мобильный телефон — единственный источник жизненной силы для онлайн-сообщества. Для большинства людей это главный выход во Всемирную паутину. Здесь отсутствует надежная банковская инфраструктура, поэтому обмен деньгами на телефонных счетах — отличная замена. И сам факт владения телефоном является здесь признаком статуса, как MacBook в серебристом алюминиевом корпусе в США. Я выбираю подходящего продавца, человека двадцати с чем-то лет с золотым зубом, поблескивающем, когда он ухмыляется. За сим-карту, которая на целый сантиметр больше, чем нужно для моего айфона, я отсыпаю ему целую пригоршню банкнот по десять тысяч танзанийских шиллингов. Чтобы симка вошла в гнездо, он изо всех сил трет пластинку о бетонную стену, пока она не становится более подходящей формы. Занимаясь этим делом, он точно подмечает, что я — высоченный белый с ярко-зеленым туристским рюкзаком на улицах этого ничем не примечательного африканского города — наверное, собираюсь подниматься на гору. Тут он задает мне самый животрепещущий вопрос: каким маршрутом я пойду?

Он, как и большинство трудоспособного мужского населения в городе, подрабатывает портером для совершающих восхождение иностранцев. Он говорит, что, если в группе есть место, он бы не отказался от работы. Большинство портеров поднимались на гору десятки, если не сотни раз — не считая мобильных телефонов, это самый крупный бизнес в городе. В гору почти со всех сторон света ведут шесть стандартных маршрутов. Основные маршруты — Лемошо, Мачаме, Марангу, Ронгай, Шира и Умбве — иногда любовно переименовывают в напитки. Самый приятный — «виски», но мы идем по «кока-коле» (Марангу), на котором, несмотря на его сладкое прозвище, один из самых низких процентов успешных восхождений по сравнению с другими тропами, ведущими к вершине. По этому маршруту Хоф поднимался уже много раз.

Я называю торговцу газировку, и он оживляется.

— Так вы будете идти шесть-восемь дней?

— Нет, всего два.

Он улыбается мне, показывая зубы, и пытается стукнуться со мной кулаками.

— Вы психи, — говорит он, добавляя, что он еще не видал, чтобы кто-то взбирался на вершину в столь короткий срок. Разговор, который он завел, чтобы получить работу, исчерпан. Не из-за того, что за такой короткий поход он получит меньше (хотя, вообще-то, своим портерам мы платим, как за полноценное восхождение, плюс жирные чаевые). Нет. Просто подниматься на гору так быстро слишком опасно. Зато он присоветовал мне, где срочно получить рецепт на диамокс. Но я говорю, что не планирую брать с собой лекарства. Видя, что из меня больше не вытянуть ни шиллинга, он дает совет.

— Поли, поли, — говорит он (он тянет «поли-и, поли-и»). На суахили это означает «медленно, медленно». В горах эту фразу я буду слышать постоянно. Каждый проходящий портер, гид или турист будет напоминать: поспешишь — людей насмешишь. Не нужно торопиться наверх. Ведь риск высотной болезни вполне реален.