Всем Иран. Парадоксы жизни в автократии под санкциями

Несмотря на все исторические обиды, отношение иранцев к России не назовешь полностью негативным. На протяжении последних столетий Россия была не только колониальной силой, но и источником прогресса. Так, когда в середине XIX века «первый иранский модернизатор» Насер ад-Дин из династии Каджаров решился по примеру Петра I отправиться в заграничную поездку в Европу, первой страной для посещения он выбрал именно Российскую империю. Вместе с семьей императора Александра II Насер ад-Дин Шах ходил в театр, смотрел военные парады и посещал государственные банкеты и балы.

По мере расширения влияния Санкт-Петербурга в Иране появилась не только казачья дивизия для подавления протестов, но и, например, целая плеяда известных российских фотографов. Самым известным среди них считается Антон Севрюгин, который составил богатую фотохронику, запечатлевшую иранскую жизнь во всех красках — от шахской семьи до нищих на базарах.

Персидский язык за это время обогатился множеством слов, заимствованных из русского, которые используются по сей день, вроде «тормоз», «запас», «шеланг» («шланг») и прочие. Зачастую слова приходили вместе с новыми предметами и явлениями, как, например, «пирожки» — блюдо, которое привезли русские купцы, получило здесь широкое распространение.

Частенько туристов удивляет обилие в Исламской Республике самоваров. Чайная культура сюда пришла вместе с выходцами из России, поэтому самовар стал неотъемлемой частью иранского быта. Это особенно трогательно, учитывая, что в самой России традиция самоварного чаепития почти умерла. Понятно, что под Новый год на Красной площади ряженые актеры льют чай из самоваров, но в повседневной жизни это большая редкость. Однако в Иране пузатый агрегат встречается повсеместно, в самых обычных семьях. Конечно, вместо хрестоматийного сапога и деревянной растопки сегодня вы скорее увидите большие электрические кипятильники. Тем не менее самовар — это пример культурного явления, которое в Иране сохранилось, а в России почти исчезло.

Однажды мне самому довелось поучаствовать в российско-иранском культурном обмене. Дипломаты российского посольства периодически закупали у жившей в Тегеране соотечественницы пельмени ручной лепки. Как-то раз я тоже купил пельменей и угостил ими своих иранских друзей и они остались в восторге. Особенно им понравилось, что такая вкусная еда так быстро и просто готовится. «Идеально для тусовок, для пати, чтобы быстро сварганить и съесть», — резюмировали мои приятели.

Особенно сильно российское культурное влияние заметно в местных книжных магазинах: русская классика там стабильно в лидерах продаж. Никогда мне не задавали столько вопросов про Федора Достоевского, сколько в Иране: «Обожаю Достоевского», «Ну, это же как у Достоевского», «Ты что, не помнишь эту фразу? Это говорил князь Мышкин» — все это я много раз слышал в беседах с малознакомыми иранцами. Бывал я и на «Чеховской неделе» в крупнейшей сети книжных магазинов в Тегеране. Но классикой XIX века русская литература в Иране не ограничивается — на персидский переведен, к примеру, сибирский прозаик Александр Вампилов (1937–1972), и по его пьесе «Утиная охота» в Тегеране ставили спектакль.

Большим спросом пользуется изучение русского языка. Когда «Россотрудничество» организовало мастер-класс по русскому в одном из тегеранских кафе в 2022 году, туда без всякой рекламы набился целый зал. Проводятся конкурсы чтения русской поэзии и переводов современных российских писателей. Иранские туристы с большим удовольствием ездят в Москву и Санкт-Петербург. Наконец, множество иранцев мечтают учиться в России. Российская сторона ежегодно предоставляет 300 квот на бесплатное обучение в вузах для граждан Ирана, при этом последние годы на каждое место конкурс по восемь-девять человек.

К этому стоит добавить, что иранцы не проецируют претензии к стране на обычных жителей государства — такой способности разграничивать общее и частное было бы неплохо поучиться и нам. Иными словами, российские туристы на личном уровне никакого негатива в Иране не встречают. Как и все иностранцы, они видят со стороны иранцев живой интерес и дружелюбие.

Старые проблемы

После Исламской революции 1979 года отношения между Советским Союзом и Ираном были непростыми, хотя начиналось все многообещающе: СССР стал первой крупной страной, с которой Исламская республика установила дипломатические отношения. Однако уже в 1980 году Советский Союз ввел войска в соседний Афганистан, то есть вторгся в сферу влияния Ирана, и верховный лидер Рухолла Хомейни провозгласил знаменитую формулу: США — большой сатана, а СССР — сатана поменьше.

Таким образом Иран бросил вызов не только западному проамериканскому блоку, но и советскому. Случались даже нападения на дипломатические объекты СССР, хоть и не столь громкие, как захват посольства США в Тегеране в 1979 году. Неудивительно, что во время ирано-иракской войны Москва поддерживала Багдад, а не Тегеран.