Читаем Всем Иран. Парадоксы жизни в автократии под санкциями полностью

Грязь грязью, но как обезболивающее терьяк по-прежнему очень популярен. Иностранец, много лет проживший в Иране, вспоминает, что пробовал терьяк два раза, и в первый ему вообще не понравилось. «В отличие от марихуаны, – рассуждает он, – которая меняет твою «волну», от терьяка почти никакого эффекта: становишься немного расслаблен, вот и все».

– Но потом я попал в аварию, потребовалась операция… – продолжает мой собеседник. – Долго не проходили боли, психологически был подавлен. Как-то раз иранец предложил мне терьяк. И тут я понял, в чем дело. Боль моментально улетучилась, тяжелые мысли ушли. Снова не было никакого запредельного прихода, просто сначала было плохо, а потом раз – и нормально. А теперь представь обычного небогатого иранца средних лет. Он постоянно мучается от безденежья, болезни уже постоянно о себе напоминают… И никакого выхода из замкнутого круга проблем нет. Но вот он курит – и на какое-то время все как бы становится хорошо.

Дальше мой знакомый выдает невеселую формулу: «Терьяк – это наркотик бедных и несчастных иранцев». Действительно, главным фактором популярности терьяка остается цена – грамм может стоить меньше доллара. Кроме того, значительная часть жителей вспоминает о «целебных свойствах» наркотика, когда сталкивается с болевыми симптомами тяжелых заболеваний, вроде онкологических.

В итоге терьяк, хоть и считается «немодным», по-прежнему достаточно широко распространен. Даже в двух шагах от посольства России в Тегеране в водосточной канаве можно регулярно увидеть то одного, то другого иранца крайне потрепанного вида, который курит опиум. Российские дипломаты неоднократно жаловались местным властям, но ситуацию это не поменяло – по крайней мере, за то время, что я был в Исламской республике. Полиция вообще довольно равнодушно относится к курильщикам терьяка: проблем у них гораздо меньше, чем у тех, кого, допустим, ловят с алкоголем. Конечно, иногда власти устраивают и «антитерьячные» рейды, но не слишком часто.

* * *

– Нанял я тут нескольких афганцев себе на участок, построить стену, – рассказывает еще один иранец. – Выхожу из дома проверить, как они работают, смотрю: один сидит в сторонке и курит терьяк. А в Иране, если человек потребляет наркотики у тебя на участке, значит, ты тоже несешь ответственность – разрешил. Я подхожу к нему и говорю: «здесь нельзя курить». А он мне недовольно отвечает: «если я не буду курить, то не смогу работать».

Афганских мигрантов в Иране только по официальным данным больше трех миллионов. В качестве гастарбайтеров они работают на стройках, убирают территорию и так далее. А некоторые из них заодно привозят из Афганистана выращенный там терьяк.

Протяженность границы между Ираном и Афганистаном – почти тысяча километров, значительную часть занимают почти безлюдные горные районы. Полностью контролировать ее невозможно, и иногда наркоторговцы прибегают к хитростям. В интернете можно найти ролик, где афганцы, уже после прихода к власти талибов к 2021 году, перебрасывают терьяк через границу при помощи огромной рогатки – на сотни метров.

Впрочем, чаще используют более прозаичные методы. Причем большая часть опиума предназначается совсем не для Ирана: через Исламскую республику опиаты поступают к богатому европейскому потребителю. Через территорию Ирана (иногда с посещением Ирака, а иногда напрямую) терьяк попадает в Турцию. Там его очищают в лабораториях, превращая в более дорогой, куда более смертоносный и удобный для транспортировки героин. В этом виде он поступает на европейский рынок, в то время как в самом Иране героин встречается не так широко: там распространен именно первичный продукт. Согласно заявлениям иранских властей, примерно 70 % от всех наркотиков, которые они изымают, приходится на терьяк. А еще власти признаются, что большая часть трафика остается вне досягаемости правоохранителей.

Марихуана и гашиш

Аллах, я немного выпил,

Но, Аллах, сегодня вечер прощения.

Аллах, скажи, саги, почему его телефон не отвечает?

Аллах, отправь нам травы!

Это строчки из трека скандально известного иранского рэпера Таталю. Впрочем, будучи в Иране, совсем не обязательно обращаться к высшим силам, чтобы раздобыть аляф, вид, голь или мариджуана[34]. Прогуливаясь в погожий день по паркам или оживленным улицам Тегерана, сложно не почувствовать характерный сладковатый запах – он тут везде.

Перейти на страницу:

Все книги серии Individuum

Инцелы. Как девственники становятся террористами
Инцелы. Как девственники становятся террористами

В современном мире, зацикленном на успехе, многие одинокие люди чувствуют себя неудачниками. «Не целовался, не прикасался, не обнимался, за руку не держался, друзей нет, девственник» – так описывают себя завсегдатаи форумов инцелов, сообществ мужчин, отчаявшихся найти пару. Тысячи инцелов горько иронизируют над обществом, мечутся между попытками улучшить внешность и принятием вечного (как им кажется) целибата и рассуждают, кого ненавидят больше: женщин или самих себя. А некоторые решают отомстить – и берутся за оружие.В книге «Инцелы» практикующий шведский психиатр Стефан Краковски приоткрывает дверь в этот мир. Он интервьюирует инцелов, анализирует кризис мужественности и исследует связи радикальных одиночек с ультраправыми движениями, чтобы ответить на важные вопросы: как становятся инцелами? Насколько они опасны? И что мы можем сделать, чтобы облегчить их бремя, пока еще не поздно?В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Стефан Краковски

Психология и психотерапия
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после

Биографии недавно покинувших нас классиков пишутся, как правило, их апологетами, щедрыми на елей и крайне сдержанными там, где требуется расчистка завалов из мифов и клише. Однако Юрию Витальевичу Мамлееву в этом смысле повезло: сам он, как и его сподвижники, не довольствовался поверхностным уровнем реальности и всегда стремился за него заглянуть – и так же действовал Эдуард Лукоянов, автор первого критического жизнеописания Мамлеева. Поэтому главный герой «Отца шатунов» предстает перед нами не как памятник самому себе, но как живой человек со всеми своими недостатками, навязчивыми идеями и творческими прорывами, а его странная свита – как общность жутковатых существ, которые, нравится нам это или нет, во многом определили черты и характер современной русской культуры.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Эдуард Лукоянов

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Документальное
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу

IT-корпорации успешно конкурируют с государствами в том, что касается управления людьми. Наши данные — новая нефть, и, чтобы эффективно добывать их, IT-гиганты идут на многочисленные ухищрения. Вы не считаете себя зависимым от соцсетей, мессенджеров и видеоплатформ человеком? «Новые боги» откроют глаза на природу ваших отношений с технологиями. Немецкий профессор, психолог Кристиан Монтаг подробно показывает, как интернет стал машиной слежки и манипуляций для корпораций Кремниевой долины и компартии КНР, какие свойства человеческой натуры технологические гиганты используют для контроля над пользователями — и что мы можем сделать, чтобы перестать быть рабами экрана.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Кристиан Монтаг

ОС и Сети, интернет / Обществознание, социология / Психология и психотерапия
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир

В 2013 году девятнадцатилетний программист Виталик Бутерин опубликовал концепцию новой платформы для создания онлайн-сервисов на базе блокчейна. За десять лет Ethereum стал не только второй по популярности криптовалютой, но и основой для целого мира децентрализованных приложений, смарт-контрактов и NFT-искусства. В своих статьях Бутерин размышляет о развитии криптоэкономики и о ключевых идеях, которые за ней стоят, – от особенностей протокола Ethereum до теории игр, финансирования общественных благ и создания автономных сетевых организаций. Как блокчейн-сервисы могут помочь людям добиваться общих целей? Могут ли криптовалюты заменить традиционные финансовые инструменты? Ведут ли они к построению прекрасного нового мира, в котором власть будет принадлежать не правительствам и корпорациям, а людям, объединенным общими ценностями и интересами, или служат источником неравенства и циничных финансовых спекуляций? В этой книге Бутерин предстает увлеченным мыслителем, глубоким социальным теоретиком и активистом, который рассуждает о том, что гораздо больше денег, не боится задавать сложные вопросы и предлагать решения противоречивых проблем.

Виталий Дмитриевич Бутерин

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже