Всё летит к чертям. Автобиография. Part 2

Это сработало – на целый день. Но после суток воздержания я снова начал мастурбировать. Страшно переживал, каялся – и мастурбировал снова.

И все-таки я продолжал молиться и читать Библию. Как мог, старался угодить Господу, избежать наказания. Книга Бытия была интересной, и даже Исход еще удержал мое внимание. Но третья из пяти книг Торы, Левит, с бесконечными главами, повествующими о малопонятных еврейских религиозных законах, навеяла на меня скуку. Я начал было ее читать, но потом отложил и пошел мастурбировать.

Мне было непонятно, что еще можно сделать, чтобы уйти от греха. Я сжег порно, я пытался читать Библию. Молился изо всех сил.

И продолжал мастурбировать пять или шесть раз в день.

Я знал, что кое-кто из ребят в нашей школе – истинно верующие христиане, которые посещают какие-то религиозные собрания. Они составляли небольшую группу, держались особняком, не носили черных концертных футболок, вели себя очень сдержанно, были чистюлями. Однажды в обед я подошел к их столу и спросил, могут ли они порекомендовать какое-нибудь сообщество молодых христиан. Их глаза загорелись. Очевидно, мечта любого христианина заключается в том, чтобы грязный язычник спросил его об Иисусе и попросил помочь обратиться в новую веру.

Мне казалось, что если секс – это плохо, то ублажать себя – плохо вдвойне, но остановиться я не мог.

О мастурбации я не говорил, потому что никто из ребят никогда об этом не заикался. О ней мне стало известно из справочника скаута. Его авторы ясно заявляли: мастурбируют только плохие люди, и Бог хочет, чтобы скаут не занимался сексом до свадьбы.

Чистюли за столом рассказали мне о собраниях христианской молодежи в школе при Норотонской пресвитерианской церкви. Они проходили вечерами по понедельникам.

– Меня там крестили! – заявил я. – Это моя церковь!

Я ощутил одновременно зов судьбы и прикосновение указующей руки Господа.

– Так ты уже спасен? – спросила одна из девочек-чистюль.

Я не понял, что она имеет в виду, но улыбнулся и ответил:

– Да.

В ближайший понедельник вечером я подъехал на своем зеленом десятискоростном велосипеде «Schwinn» к Норотонской пресвитерианской церкви. Школа для молодежи, расположенная за ней, когда-то была старым сараем. Но год назад прихожане под руководством служителей храма отремонтировали и покрасили строение. С тех пор оно обрело более-менее приличный вид.

Молодой священник, похожий больше на двадцатидвухлетнего тренера по теннису, чем на спасителя душ, встретил меня на пороге школы и проводил к столу. За ним сидели подростки – не меньше двух десятков человек! – и раскладывали по бумажным тарелкам спагетти и кочанный салат айсберг. Я тут же подумал, что прийти на это христианское собрание было хорошей идеей.

В компании юных христиан были и чрезвычайно красивые девочки из моей школы. Нежные феи с сияющей кожей, от которых мне порой так трудно было отвести глаза. Мы никогда не общались, хотя некоторых из них я знал с детского сада. Они попросту меня не замечали. Но здесь, в церковной школе, эти красавицы охотно улыбались мне. Долгие годы я желал, чтобы они обратили на меня внимание, и не знал, что делать. А оказалось, что нужно было всерьез озаботиться отношениями с Богом.

Я считал себя христианином только потому, что был крещеным белым мальчиком.

Мы съели спагетти, угостились мороженым и стали играть в христианские игры. Они были очень похожи на обычные – салочки, утка-утка-гусь, – но, поскольку проводились в церковной школе, понял я, считались религиозными. Мне с трудом удавалось сдерживать эрекцию, когда во время игры девочки касались меня или брали за руки.

Потом мы сели послушать рассказ молодого священника об Иисусе.

Я всегда считал себя христианином. Я был крещен в церкви, и все мои знакомые – за исключением чернокожего мусульманина, с которым в течение одного месяца встречалась мама, – были христианами. Но я ничего не читал об Иисусе и не слышал, чтобы кто-то о нем говорил. Я считал себя христианином только потому, что был крещеным белым мальчиком.

Молодой священник говорил, что Иисус – мой друг и что он любит меня. Я поднял руку и спросил:

– А если мы делаем что-то, что Иисусу не нравится?

Священник улыбнулся:

– Христос простит тебя.

Что?! В голове не укладывалось, что учение Христа было частью той же религии, о которой я читал в Ветхом завете. В ней Бог представлялся мне скорее злым мэром, чем другом, который умеет прощать. Но если молодой пастырь, который явно учился в колледже или семинарии, говорил, что я прощен, то почему мне нужно было впадать в сомнения?

После беседы мы взялись за руки и помолились. Священник спросил:

– Вы принимаете Иисуса как Господа своего и Спасителя?

Мой живот был наполнен спагетти и мороженым, голова кружилась от близости божественно красивых девочек. Я был вдохновлен ответом на мой вопрос. И, окрыленный знанием того, что мастурбация мне прощена, радостно ответил:

– Да!