Вверх по Меконгу (сборник)

– Нет, не служанка, а подруга, – воскликнула королева, пытаясь подняться. – Король вернется, попрошу его пожаловать тебе дворянский титул и замуж выдать… Ах, как жжет в груди. Я умираю, Магда… Где же доктор?

– Сию минуту должен он придти, терпи, Гертруда. Не стоит тратить силы на волнения пустые. Побереги себя. Хлебни еще отвара моего. А я пока взобью подушки, чтобы тебе удобней было.

– Магда, что происходит?

– Что такое?

– Я не вижу ничего. Туман сплошной… Я зрения лишилась…

– Все хорошо, – укладывая королеву на подушки, проговорила Магда. – Не стоит понапрасну бить тревогу.

– Магда, я задыхаюсь… Помоги, спаси…

Королева вскрикнула и испустила дух. Магда стащила на пол еще теплое тело королевы, поспешно переодела его в свое платье, вложила в руку чашу с ядом, улеглась в постель и позвонила в колокольчик.

– Измена в замке Шиклош! Меня хотели отравить, – истерично закричала она. – Моя бесценная подруга Магда успела сделать лишь один глоток того лекарства, что врачи мне прописали, и замертво упала…

– Казнить немедленно всех эскулапов без разбора! – приказал начальник королевской стражи. – Что делать с вашею подругой, Ваша Светлость?

– Похороните Магду в королевском склепе, – всхлипнув, ответила королева. – Она мне жизнь спасла. Она достойна королевских почестей… Прощай, моя подруга дорогая. Как жаль, что жизнь твоя оборвалась так рано…

Слуги подняли тело и унесли. Оставшись одна, Магда расхохоталась:

– Ну, вот и все, прощай, Гертруда. Теперь я стану новой королевой. Да здравствует Гертруда номер два!

Она подбежала к зеркалу, долго и внимательно разглядывала себя, а потом, улыбнувшись своему отражению, проговорила:

– Надеюсь, что король подмены не заметит. Гертруду видел он всего два раза или три… К тому ж за девять месяцев разлуки забыться может многое… – Магда провела рукой по зеркалу. – Гертруда как-то говорила мне, что мы безумно с ней похожи. Тогда, мне помнится, я возразила ей, что у неё глаза круглей и губы ярче, и тоньше стан, и голос звонче… Что, если все это король запомнил?

Магда отвернулась от зеркала. Швырнула на пол портрет Гертруды и злобно прошептала:

– Он не запомнил, не запомнил ничего. Теперь Гертруда Я. И Я всегда была такою. Всегда. На свете не было другой. Я короля сумею убедить… Стоп. Я убеждать его ни в чем не стану. Свои портреты я везде поставлю, и все вопросы будут неуместны. Не будет никаких вопросов у него…

– Как просто все на первый взгляд, не так ли? – спросил колдун королеву, когда видение исчезло.

– Что хочешь за молчанье получить? – глядя на него исподлобья, спросила она.

– Я уже сказал, – улыбнулся колдун, – быть вашей правою рукой, Гертруда – Магда.

– Хорошо, – поднявшись с торна, промолвила она. – Теперь ступай. Я хочу до рассвета побыть одна.

– Вам не долго ждать. Звон мечей все тише. Зато все больше воинов, убитых на равнине, проговорил колдун. – Еще пока в седле супруг ваш Янош и грозный Стефенс на своем коне… Но скоро, скоро час пробьет последний…

– Скорей бы, – прошептала королева.

– Отец, ты отведешь меня в замок Шиклош? – спросила Милена у садовника.

– Отведу, раз обещал, – ответил он. – Хотя, я делаю это с неохотой.

– А ты зажмурься и скажи, что ты с огромной радостью исполнишь свое обещание, – предложила Милена. Садовник улыбнулся.

– Хорошо, идем. Только прошу тебя, не вздумай далеко от меня убегать.

– Я повинуюсь вам, Ваша Светлость, – низко поклонилась Милена и весело рассмеялась.

Садовник взял дочь за руку и повел к потайной калитке. Они очутились в дальней части королевского сада, где на клумбах росли цветы причудливых форм и расцветок, возвышались ажурные беседки, увитые плюшем, а в ручьях резвилась радужная форель.

– Какая красота, отец! – восторженно воскликнула Милена. – Позволь мне добежать до самой дальней беседки. Мне так хочется прикоснуться к таинственным буквам, вырезанным на ступенях.

– Там нет никаких букв, – нахмурился садовник.

– Есть, отец, – улыбнулась девочка. – Если хочешь, побежим вместе…

– Нет, я не побегу, а пойду, – сказал садовник. – А ты, если хочешь, беги…

– Спасибо, отец, – поцеловав садовника в щеку, сказала Милена и помчалась к беседке.

Она присела перед степенями на корточки и принялась гладить странные, едва заметные буквы.

– Что ты здесь делаешь? – раздался сердитый голос.

Она подняла голову и увидела в глубине беседки высокую даму, одетую в пышное платье из золотой парчи. Воротничок и манжеты из тончайшего белого кружева так поразили Милену, что она не сдержала восторженного восклицания:

– Ах, какая вы красавица, сударыня!

Дама улыбнулась и спросила чуть ласковей:

– Как зовут тебя, девочка?

– Милена, Ваша Светлость, – поклонившись, ответила она. А потом доверительным тоном сообщила:

– Мой отец садовник. Он позволил мне полюбоваться садом. Он очень переживает, что королева может увидеть меня здесь. Вы не станете выдавать нас, сударыня?

– Нет, – улыбнулась дама. – Не стану, если ответишь на мои вопросы.

– Конечно, сударыня, – проговорила Милена, перешагивая через порог.

– Почему ты так странно называешь меня?