Вверх по Меконгу (сборник)

– А ты все это знал? – строго спросила королева.

– Догадывался, Ваша Светлость, – улыбнулся колдун.

– Так почему же ты меня не предостерег?

– Вы не желали слушать ничего, – развел руками колдун. – Вспомните, сколько времени мне пришлось уговаривать вас заманить девчонку в королевский сад. Вам не хотелось лишаться садовника…

– А, кстати, где он?

– В каземате, – ответил колдун.

– Правда?

– Ну, конечно, нет, – улыбнулся колдун. – Вон он идет по саду с лейкой. Сегодня он высаживал цветы, похожие на круглые нефриты. Сказал мне, что рассаду привезли с Ушмальских гор от доброй королевы Милославы – приемной дочери покойного короля Стефенса, невесты Вальдека, из-за которой началась война.

– Война, – заулыбалась королева. – Какое слово сладкое – война. Она ведь может разразиться снова. Проснется Вальдек и захочет драться…

– Но будет не с кем, – перебил ее колдун. – Помните, Гертруда, я сказал вам про золотой шестилистник.

– Помню и что?

– Мы ничего не сможем сделать, если кто-нибудь сорвет цветок и прижмет его к груди, – зашептал колдун.

– Надеюсь, это не случиться, – проговорила королева.

– И я надеюсь, дорогая, но…

Милена выбежала из королевского сада и помчалась к лесу.

– Миклош, Миклош, где вы, отзовитесь? – принялась кричать она. Но никто не отзывался. Только испуганные птицы вспорхнули с деревьев, огласив пространство пронзительными звуками.

Милена уселась на поваленное дерево, уткнула голову в колени и горько заплакала. Она не знала, что ей теперь делать. В свои двенадцать лет она еще не была готова к таким серьезным испытаниям. Зло встало перед ней во весь рост в образе королевы замка Шиклош.

– Что я такого сделала? – шептала Милена. – Зачем ей понадобился этот странный лесник, похожий на каменное изваяние? Как спасти бедного отца?

– Ми-ле-на, – послышался тихий голос. – Ми-ле-на.

Она поднялась с дерева и увидела в нескольких шагах от себя странный мерцающий свет.

– Следуй за лучом, – приказал тихий голос. Милена повиновалась. Ей было совсем не страшно играть в игру, которую затеял лесник Миклош. Напротив, любопытство охватывало ее. Хотелось поскорее узнать, что это за странный свет мерцает впереди, и куда он ведет ее. Она так увлеклась, что совсем не запоминала дорогу, по которой шла, поэтому, когда свет вдруг пропал, растерялась.

Место, куда она попала, было весьма странным и каким-то зловещим. Высокие деревья почти смыкались кронами, не давая возможности пробиться солнечному свету. Низкорослые кустарники стелились по земле, образуя ковер вокруг высокого каменного алтаря, поросшего мхом. Со всех сторон к алтарю вели потрескавшиеся от времени лестницы, ступени которых были исписаны точно такими же буквами, которые Милена видела на ступенях белой беседки в замке Шиклош. Милена сделала несколько шагов вперед и замерла. В самом центре каменного алтаря пробивался к свету золотой побег шестилистника.

– Сорви его. Сорви, – приказал голос.

Милена огляделась и, никого не увидев, медленно пошла вверх по ступеням. Она протянула руку к золотому побегу и, немного помедлив, подломила тонкий стебелек.

– Ах… – простонало эхо.

Милена спрятала побег в нагрудный карман и поспешно сбежала вниз. Мерцающий свет вновь поманил ее за собой. Чем дальше углублялась Милена в чащу леса, тем труднее было ей идти. Колючки впивались в волосы, царапали руки и ноги, причиняя девочке нестерпимую боль.

– Я не пойду дальше, – рассерженно проговорила она. – Это нечестно с вашей стороны, господин лесник.

– Иди, – подтолкнул ее кто-то в спину. – Иди и не оборачивайся, Милена.

Превозмогая боль и усталость, она сделала несколько шагов и оказалась у полуразрушенной пирамиды, внутри которой звучала тихая музыка. Мелодия показалась девочке знакомой. Она крадучись подошла к пролому в стене и заглянула внутрь. Но ничего не увидела, а лишь услышала взволнованные голоса.

– В королевстве Ушмаля вновь неспокойно.

– Люди снова вспомнили о жертвоприношениях.

– Надо что-то делать.

– Но мы не знаем, что же нам делать?

Музыка зазвучала громче. Милена сильнее прижалась к проему в стене. Глаза ее привыкли к яркому свету, и она увидела внутри пирамиды невысокий каменный алтарь, подножием которого служила круглая нефритовая пластина, излучающая сияние, похожее на мерцающий свет, приведший Милену сюда.

В нескольких шагах от алтаря стояли люди в светлых плащах с капюшонами, скрывающими лица.

– Десять лет мы говорили людям о силе добра и любви. Десять лет наши сердца наполняли мир и радость. Десять лет Милосвлава считалась самой мудрой и миролюбивой правительницей, – возвысила голос женщина, стоящая ближе всех к алтарю. – Десять лет Милослава отвергала ухаживания королей и принцев, храня память о приемном отце – великом короле Ушмаля Стефенсе и его сыне непобедимом Вальдеке. Но вот десять лет миновало… У стен замка вновь толпы женихов. Отказ королевы они воспринимают, как личное оскорбление. До нас дошли сведения, что воины Тольтеков готовы развязать войну…

– И воины Мери ленов…

– И воины Ахменов.

– И воины Кокомов, – заговорили люди.