Вверх по Меконгу (сборник)

Милослава бежала к реке, не чувствуя под собою ног. Ей хотелось поскорее увидеть Миклоша, прижаться к нему и замереть в сладостной истоме. Но когда до берега осталось несколько шагов, она остановилась, вспомнив о благоразумии.

– Не забывай, ты – королева Ушмаля, – сказала она себе и, гордо вскинув голову, шагнула из тени в свет.

Счастливая улыбка озарила лицо Миклоша, когда он увидел ее.

– Здравствуйте! Как я рад вновь видеть вас, – проговорил он, шагнув ей навстречу.

– Что привело вас в Ушмаль? Азарт охоты или..? – строго спросила она.

– Нет, – продолжая улыбаться, ответил он. – Мне хотелось посмотреть в ваши глаза, Милослава.

– Смотрите, – проговорила она. Их взгляды встретились. Румянец залил бледные щеки королевы, она смущенно потупила взор.

– Королевский наряд вам к лицу. Как вам удалось стать королевой? – нарушил неловкое молчание Миклош.

– Я ею была с рождения, – ответила она, повернув голову к красному солнечному диску, зацепившемуся за верхушки деревьев. – Я – дочь короля Стефенса – великого правителя Ушмаля. И, если бы тогда, когда впервые дрались наши отцы, и заключили перемирие в честь рождения детей, им было сказано, кто именно родился, то все могло бы быть иначе. Но… – она быстро повернула голову к Миклошу. – Люди захотели обмануть судьбу. Они решили все изменить себе в угоду. И вот, что вышло: кровь, слезы и страдания. Мы встретились, потому что так было определено свыше. Но, к сожалению, сделанного не воротишь. Ничего нельзя исправить, переделать, переписать, воскресить умерших… Постойте, а как вам удалось через десять лет вернуться из могилы невредимым?

– Из какой могилы? – неподдельно удивился Миклош.

– Нам сообщили, что вас убили воины Ушмаля, – ответила она.

– Нет, Милослава, было все не так, – с горячностью заговорил Миклош. – Они гнались за мной, почти настигли, но появился седовласый старец, который спас меня. Он предложил мне плащ-невидимку и увлек меня за собой в лабиринт безвременья, где мне пришлось скитаться целых десять лет. Я превратился в чудище лесное, став притчей во языцах у народа, – Миклош тяжело вздохнул. – Я много думал о себе, о вас, не зная суждено ли будет возвратиться, чтобы…

– Начать охоту, – подсказала Милослава.

– Нет, – покачал он головой. – Я слишком дорогую цену заплатил за страсть к охоте. Нет. Меня в Ушмаль влекло другое…

– Манили тайны наших предков, – сказала Милослава.

– Нет, – улыбнулся он. – О вас я думал, Милослава. О том, что вы – жена другого, что вы его не любите, что… – он сжал ее руки в своих. – Мне было так невыносимо. Как счастлив я, что все закончилось, что колдовские чары рухнули, что я могу вас видеть. Надежда на прощение и пониманье дает мне крылья, Милослава.

– Погодите, – высвободив руки, проговорила она. – Я вас прощаю, Миклош, но… Мы никогда не будем с вами вместе.

– Почему? – удивился он.

– Должна я стать женой другого, – медленно выговаривая каждое слово, ответила она.

– Кого, коль не секрет?

– Секрета нет, – глядя на темнеющий небосвод, проговорила она. – Жених мой – грозный Вальдек.

– Прекрасно! – воскликнул Миклош, рассмеявшись. – Прекрасно, Милослава!

– Вы радуетесь? – спросила она, растерянно глядя на него.

– Да, – ответил он. – Да, да, сто тысяч раз воскликну, что я рад. Я просто счастлив, королева Милослава!

Она с силой шлепнула его по щеке. Он схватил ее руку и прижал к губам.

– Вы выдали себя, душа моя. Я вам не безразличен, верно?

– Вздор, – воскликнула она, пытаясь высвободить руку.

– Нет, не вздор. Ваши глаза сияют счастьем, – крепче сжав ее руку, прошептал он. – К чему скрывать вам искренние чувства? Зачем играть и притворяться?

– Вы забываетесь, я – королева! – стараясь казаться строгой, проговорила она.

– Зачем же вы примчались на свиданье? – поинтересовался он.

– Сама не знаю, – смущенно улыбнулась она.

– Знаете, – прижав ее к себе, сказал Миклош. – Вам так же, как и мне хотелось этой встречи. Вы вспоминали первый поцелуй и…

– Престаньте, – простонала она.

Он чуть отстранил ее от себя и, пристально глядя в глаза, проговорил:

– Вы мне нужны. Я тосковал без вас. Душа моя томилась и страдала, и тайного свиданья ожидала. Вот он настал, тот долгожданный час, и…

– Ни слова больше, умоляю вас, – прошептала она, поняв, что не сможет больше скрывать свои чувства.

Миклош прикоснулся губами к ее губам. Солнце нырнуло за горизонт. Долина погрузилась в мягкий сумрак.

– Нет, все не просто в этом мире, – зашептала листва на деревьях. – Все совсем не просто.

– Смею ли я надеяться на вашу благосклонность? – спросил Миклош.

– Я должна подумать, – раздалось в ответ.

– Вы не сказали мне ни «да», ни «нет», – проговорил Миклош, вскакивая в седло. – Вы вновь терзаете мне душу, Милослава. Наверное, по-своему, вы правы. Вам надо испытать меня… Но помните, что дыма без огня на свете просто не бывает. Вы, испытав, полюбите меня…

– Уже люблю, – прошептала она, но он не услышал ее слов.

Белоснежный конь Арчибальд громко заржал, взвился на дыбы и умчался прочь.

– Ах, что я делаю? – прижав ладони к щекам, прошептала Милослава.