ВВП. Краткая история, рассказанная с пиететом

Великобритания приняла этот стандарт в 1973 г., Франция в 1975 г. Благодаря этому изменению финансовый сектор постепенно начал превращаться из непроизводительного в производительный. Новая редакция СНС 1993 г. усилила тенденцию к пересмотру роли финансов. В своем исследовании, посвященном международному банковскому делу, Бретт Кристоферс пишет: «Вместо того чтобы рассматривать займы и кредитование банками как единое целое, как единый портфель услуг, ценность которого можно отыскать, вычтя из процентов, полученных по портфелю, проценты, уплаченные по нему, СНС 1993 г. разделяет две функции и определяет каждую из них в качестве независимой и производительной, имеющей отдельный, поддающийся измерению выпуск»[98]. По иронии судьбы, впервые эта концепция FISIM была полностью реализована лишь в 2008 г. Национальной статистической службой Великобритании[99]. Масштаб нововведения было трудно переоценить. Теперь финансы представали типичным видом экономической деятельности: точно так же, как промышленное предприятие использует сырье и превращает его в продукцию с возросшей ценностью, банки превращают безрисковую ставку в рискованную, принимая на себя риски и оказывая услуги конечному владельцу денег – кредитору, равно как и их получателю – заемщику. Но это полнейший абсурд – за окном бушевал крупнейший за десятилетия финансовый кризис, а статистика ВВП уверяла, что финансовые услуги цвели буйным цветом. Ошибочность подхода бросалась в глаза. Экономисты бросились придумывать, как скорректировать FISIM так, чтобы учесть в нем увеличение рисков, принимаемых на себя банками. Несомненно, последуют и другие рекомендации по исправлению этой концепции.

Но сущностные вопросы остаются нерешенными – нужно ли вообще включать финансы в ВВП и что подразумевается под «производительной» деятельностью. В заключительной части данной главы рассматриваются некоторые проблемы, связанные с «производительностью» и, что более важно, задается вопрос, что же такое экономическая ценность. Финансовый кризис заставил многих усомниться в важности исключительно денежных величин, измерению которых и служит ВВП. В их глазах финансовый сектор – это символ того избыточного внимания, которое уделяется обществом развитию одних видов деятельности в ущерб другим. Кризис способствовал возобновлению старой дискуссии о том, нужно ли полагаться на измерение ВВП и обращающегося на рынке выпуска или же вместо этого следует искать способ измерить благосостояние и благополучие общества.

Граница сферы производства

Как говорилось в гл. I, Адам Смит считал все виды услуг «непроизводительными», в том числе, разумеется, и банковские. В своей книге о роли финансового сектора в экономике Бретт Кристоферс пишет: «Главная проблема не в том, что имеющиеся способы измерения производительности несовершенны, а в самой нашей одержимости вопросом, что является производительным, а что – нет»[100]. В сущности, показатель ВВП позволяет уйти от этого противопоставления производительного и непроизводительного, поскольку включает все, за что люди платят деньги, и их готовность платить служит оценкой производительности (хотя, конечно, можно вообразить и другие способы оценки, отличные от денежных). Но в таком случае, как и в других аналогичных, когда статистики и политики стремятся отнести к числу экономических виды деятельности, напрямую не оплачиваемые людьми, – например, финансовые услуги или же услуги государства, финансируемые из налогов, – возникает целый ряд практических трудностей. В XVIII и XIX вв. экономисты не ломали себе голову, раздумывая, как включить в национальный доход государственные расходы и банковскую сферу; сегодня же необходимость их учета не вызывает сомнений у экономистов.

Ричард Стоун, один из отцов-основателей национального счетоводства, предельно откровенно высказался о произволе, на котором основано включение или невключение того или иного вида деятельности в ВВП: «Метод, при котором коммерческие товары оцениваются по рыночной цене, государственные услуги – на основе издержек, а деятельность домохозяйств оставляется без внимания, принят не по каким-то принципиальным соображениям, а только из практического удобства. Следовательно, аргументы в его защиту должны носить всецело практический характер»[101].