Высокие устремления

— Ну, бля… — протянул Дирк с явным разочарованием, когда из темноты, ярдах в трехста, от приготоившихся к драке наемников, показались первые враги. — А-то думал… Кто орал?

— Я орал, — шмыгнул носом Кролище, тоже опознавший гостей. — Я ж не виноват, что воняют они одинаково, что унак, что палонгу!

— Ты будто не воняешь⁈ — рявкнул Дирк, вбросил меч в ножны и пошел навстречу «врагам». Бросил, не глядя: — Сам ты мудак, и шутки у тебя мудацкие! Пошли здороваться! И оружие убери, порежешься!

— Да ну ебать, Уд… — Кролище засеменил за командиром. Тот отмахнулся, не оборачиваясь.

— Свои, — незаметно подошедший Людоед хлопнул Лукаса по плечу, — это с Круглого унаки. Поговорят, покланяемся друг другу, вежливость окажем, да дальше поедем.

— Точно, с Круглого? — состроил подозрительную физиономию Керф. — Не помню я этих… Или не приезжали к нам?

— Не, не приезжали. Но не ссы, точно не палонгу, — кивнул старожил, — я ж их всех в лицо знаю. Это Кроль у нас отбитый на всю башку, а мы-то, хоть и из простых загонщиков…

— Из загонщиков⁉ — перебил пустившегося в воспоминания ветерана Лукас. — Так ты из Ловчих⁈

Людоед медленно развернулся к капитану по перу, посмотрел так, словно видел парня впервые. Оскалился.

Керф тут же отшагнул в сторону — тощего, но крепко сбитого и жилистого наемника кулаками не свалить, а двуручнику нужен размах…

— Нет, друг Лукас, я не из Ловчих! Я — всего лишь загонщик! — оскал сменился улыбкой.

— Да слушай его больше, — хмыкнул Керф, подначивая, — знаем мы эти сказки! Тольку от тех Ловчих? Сказки сплошные!

— Сказки⁈ — серые глаза Людоеда мгновенно налились кровью. Лукасу стало не по себе. — Сказки⁈ Да ты мудачина, еще у папки на конце мутной каплей болтался, когда я под землю ходил, присоса ловить!

— А хули его ловить-то? — дружелюбно уточнил Керф. — Факелом в харю тычешь, а как отскочит — на копье принимай, с ограничителем, чтобы до тебя не добрался. Туда, где на харе кости расходятся.

— На харе⁈ Дурак ты безухий! Я не про то говорю, как присоса завалить — а про то, как его живым взять!

— Чо⁈ — на Людоеда уставились и оба капитана, и прибежавшие на шум Братья.

— А хули вы хотели, молодняк⁉ — Людоед явно отступил от той грани, которая сулила кровь между своими, но Лукас все равно был настороже — вдруг, как кинется, как начнет рогатиной бить во все стороны. Бывший Ловчий, он же, как унак, который корзинкой мухоморов полакомился…

— Да потом ещё и довезти живым до ближайшего монастыря, где учёные братья за него заплатят. Ты знаешь, каково эту тварюку в клетке кормить⁉

Ловчий рассказывал, размахивая руками, словно ветряная мельница. Плевался азартно.

— Мясо с копья давать приходилось! Помню, Смульт с пьяных глаз его покормить с руки хотел: мы все орём — не лезь, блядь, дебил, сука, ебаный, сожрёт, нахуй!.. Да поздно! Вдёрнула образина за руку Смульта в клетку, промеж прутьев протащила! Кровищей всё на три шага вокруг телеги забрызгало: плащ хороший мне уделало, бля! Выкинуть пришлось. Мы подбегаем, а тварь эта сидит, лыбится, ушами шевелит и Смультовы мозги когтем вышкрябывает. Жрет и мурчит — ну чисто мяур! И плащ жалко. До сих пор!

Компания, как по команде оглянулась в ту сторону, где в Нугре остался пушистохвостый Мину. Так, на всякий случай.

— Так что, вы мне тут про Ловчих не рассказывайте! Мне-то лучше знать, кто, почем, кого и сколько раз в дыхало, это самое! Так что, не пизди зря, да не опиздюлен будешь! Почему, ты думал, мы «Ловчие»? Ежели б мы тварей всяких, в том числе двуногих, насмерть забивали, а не ловили — то и звали бы нас Мясниками…

— Слушай, — прокашлялся Керф, — а ты, совершенно случайно, конечно, не сталкивался с таким пареньком, Хото его зовут? Помладше нас с тобой, но постарше нашего умника. Мелкий такой, мне до плеча в прыжке.

— Хото? — прищурился Людоед.

— Он еще в стенолазы подался потом. Лукас с ним в Сивере познакомился, а я малость попозже.

— В стенолазы… — протянул наемник. — Не ожидал! А так высоты боялся, до усрачки просто. Помню мальчишку, помню. Хороший парень, добрый! Смешной такой — не пил никогда, душа, мол, не берет! И в Сивере? Он же жару ненавидел!

— Дирк-то назад идет! И унаки-то с ним! — прервал увлекательную беседу наемников Отец Руис, который стоял до этого поодаль — чтобы разошедшийся Людоед слюной не забрызгал. — И сука та с ними-то прется, хай ему грець!

Лукас настороженно посмотрел на священника — интересно, какие тайны за спиной бородача? Ругается, опять же, непонятно. И что за сука-то, которая с Дирком идет? На первый взгляд, среди унаков только мужчины. Хотя, конечно, лица и фигуры укрыты одеждой, не разобрать особо.

Наконец процессия подошла вплотную. Дирк тут же обругал наемников, которые, вместо того, чтобы разбираться с оленями и нартами, стоят, раскрыв ебальники, и чешут языками, жидко обгадившись. А надо работать! И, подавая пример, кинулся распутывать постромки.

Часть унаков, которых оказалось ровным счетом, четырнадцать человек, пришли на помощь наемникам. Остался стояьб один. Невысокий, мелкий в плечах.

Не та ли сука, которую Руис поминал?