Вызывающая дождь и другие грани женской души. Авторская методика работы с архетипами

Возможна и другая ситуация. Пока малышка росла, ее Хранительница, Лилит и Амазонка хорошо развивались, и вдруг что-то случилось: мама родила еще одного ребенка, родители развелись или много работают, а любящие бабушки ушли из жизни. Эго девочки уже стало набирать «сок», в ней уже сформировались ответственность, рассудительность, целеустремленность и силы. Но теперь эти качества нужны, чтобы выполнять часть обязанностей, которые на нее переложили взрослые: заботиться о младших, вести хозяйство и при этом так, чтобы это не сказывалось на учебе. Как будет реагировать во всех перечисленных обстоятельствах Амазонка? У нее есть несколько стратегий.

Если до этого Хранительница и Лилит развивались нормально, то у девочки будет шанс отстоять свое право на свободу действий и здоровый режим Амазонки (баланс между усилиями и отдыхом), объяснив непонятливым взрослым, что делать и решать что-то самой – нормально. Но если уже есть отклонения или застревание в предыдущих центрах, то тогда перекосы только усилятся, и у девочки в общей сложности будет три классических варианта ухода от чувства стыда и вины: Берсерк – уход в насилие над собой и окружающими; Ежик в тумане – уход в бессилие, когда ответственность за принятие решений она будет перекладывать на других; и застревание в Девочке со спичками – состоянии отчаяния, когда ее воля полностью парализована.

Берсерк, или Перекос в избыточность

Девочка выбирает уход в избыточность, если она не хочет сдаваться и стремится продавить свое право принимать решения и действовать самостоятельно. Скорее всего, она наблюдала такую стратегию у значимой для себя женщины, но бывают прямо прирожденные борцы с сильной от природы Амазонкой. Еще в детстве Берсерк приняла за аксиому, что «просить о помощи стыдно, нужно быть сильной», «ныть нельзя, а следует давать сдачи и добиваться своего, даже если для этого придется проехаться катком» – это единственный способ не дать никому шанса отнять твою самостоятельность и вызвать чувство стыда.

Алла вошла ко мне в кабинет в боевом настроении. Ее движения были стремительны, а выражение лица воинственным. Коротко поздоровавшись, она гордо уселась в кресло и почти сразу начала: «Марина, я не знаю, что мне делать. Вчера во время ссоры муж в очередной раз упрекнул меня в том, что я всегда “рублю сплеча” и “отталкиваю от себя людей”. Я успешный предприниматель, у меня 5 проектов в активной фазе, некогда мне с каждым возиться и что-то объяснять. Слабаки рядом со мной не задерживаются, остаются только настоящие бойцы. Мы же с мужем больше 5 лет вместе, через многое прошли. И вот он заявляет, что больше так жить не может! Я и сама понимаю, что поссорилась почти со всеми родственниками, не разговариваю даже с самыми близкими, с подругами тоже не складывается. Но ведь я говорю то, что думаю, и не терплю, когда мне начинают диктовать, что делать и как разговаривать. У меня характер тигрицы, а не домашней кошечки, поэтому мои бизнесы быстро развиваются. Я не собираюсь подстраиваться под других. Мне вообще кажется, что таких сильных людей, как я, мало: только мой отец был достоин уважения, никому спуску не давал. Но и в одиночестве остаться как-то не очень хочется. Что мне делать?»

Обычно такая ярко выраженная Амазонка-Берсерк бывает у женщин, которым пришлось рано стать самостоятельными или, как это было с Аллой, которых воспитывали как мальчиков, кому пришлось в детстве много защищаться.

Ее мама, безропотная женщина, никогда не заступалась за детей и особо не вела с дочерью «девочковых» разговоров, даже когда у Аллы начались месячные и она была в ужасе, не зная, к кому идти, и полдня «умирала» в школьном туалете, пока ее там не нашла подруга и не успокоила.