Читаем Взламывая планету Земля полностью

Это открытие сделал геолог Джордж Барроу, талантливый уроженец Лондона, преуспевший в математике и естественных науках. Выбрав своей специализацией геологию, в 1890-х годах Барроу начал составлять карту напластований Северо-Шотландского нагорья. После 20 лет кропотливой работы он представил метаморфизм Барроу, или метаморфизм с промежуточным тепловым градиентом. Карта Барроу показывала, что в зависимости от поступающих минералов горные породы могут быть разделены на отдельные слои. Финский геолог Пентти Эскола дал этому объяснение в последующее десятилетие.

Фации метаморфизма

В 1921 году финский геолог Пентти Эскола описал зоны, называемые метаморфическими фациями, где различные комбинации давления и температур создают определенный набор минералов. Затем они объединяются в метаморфическую породу. Фации метаморфизма: 1) цеолитовая, 2) роговиковая, 3) сандинитовая, 4) пренит-пумпеллиитовая, 5) зеленосланцевая, 6) глаукофановых сланцев, 7) амфиболитовая, 8) гранулитовая, 9) эклогитовая.

Метаморфизм

Метаморфизм Барроу был самой простой формой метаморфического изменения, которое включает в себя повышение температуры и давления с увеличением глубины. Эти меняющиеся показатели создают физико-химические изменения в минералах, первоначально составляющих исходную породу (протолит). Если минералы меняются, меняется и порода, и в результате мы имеем ряд новых пород, которые различаются лишь создавшими их силами. Градиенты Барроу (или перепады температур) типичны для зон орогенеза, где породы зажаты глубоко под землей. Другие метаморфические зоны расположены вблизи магматических очагов и вулканических расселин, где преобладает тепло, а не давление. Ко всему прочему, удары метеоритов могут создать небольшие зоны метаморфических пород. Магматические и осадочные породы – это связанные друг с другом метаморфы. Например, известняки становятся мрамором, глинистые сланцы – шифером, а песчаники образуют кварциты. Происхождение других метаморфических пород, таких как сланцы и гнейсы, более стандартное.

В процессе метаморфизма минералы в горных породах превращаются в листы, это явление называется слоистостью. Степень расслоения помогает определить градус метаморфизма, при каком давлении и температуре происходило превращение.

Дендрохронология

Каждый год деревья прибавляют новый слой древесины, создавая годичные кольца, легко узнаваемые на срубе дерева. По ним можно не только определить его возраст, но и изучить климат.

В центре ствола находятся самые старые кольца, а самые свежие – с краю. Деревья были свидетелями многих событий в истории человечества и могут рассказать об изменении климата и атмосферы в далеком прошлом. Дендрохронология (dendron переводится с греческого как «дерево») строится на идее подсчета колец на стволе дерева с целью определить его возраст. Первым ее высказал Леонардо да Винчи. Он знал, что летом дерево растет быстрее, и в его стволе остается полоска бледной мягкой древесины. Зимой рост замедляется и полоска соответственно темная и узкая. Вместе эти кольца составляют один год, а на стволах больших деревьев их сотни. Да Винчи даже знал, что после холодного года остаются отдельные кольца более темного цвета, таким образом ствол «записывал информацию» о климате прошлого. Это знание не приносило особой пользы и служило лишь для забавы на протяжении веков, пока в 1920 году американский астроном Э. Э. Дуглас не нашел ему применение. Он нашел связь между климатическими моделями, отраженными в кольцах деревьев, и циклом активности солнечных пятен, который осветляет и затемняет Солнце каждые 11 лет. Сегодня специалисты дендроклиматологии по кольцам хвойных долгожителей могут воссоздать картину глобальных и региональных климатических условий за последние 7000 лет.

Шкала Рихтера

Землетрясения – это, пожалуй, самая разрушительная сила на поверхности планеты. Их последствия, часто смертоносные, ощутимы по всему земному шару. В 1935 году была разработана система для измерения силы землетрясений.

Вальдивия, 1960 год

Перейти на страницу:

Похожие книги

Записки капитана флота
Записки капитана флота

В плеяде российских мореплавателей Василий Михайлович Головнин (1776– 1831) занимает особое место. Вице-адмирал, член-корреспондент Петербургской Академии наук, он внес значительный вклад во все области военно-морского дела, много сделал для организации и строительства российского флота, получил заслуженную известность как талантливый ученый и писатель, воспитал целую плеяду отважных русских мореплавателей: Ф. П. Литке, Ф. П. Врангеля, Ф. Ф. Матюшкина и других. Именем Головнина названы мыс на юго-западном берегу Северной Америки – бывшей «Русской Америки», гора на острове Новая Земля, пролив в гряде Курильских островов, залив в Беринговом море.Всегда вопреки обстоятельствам и судьбе – такой была жизнь В. М. Головнина.Уроженец сухопутной Рязанской губернии, он и не думал становиться моряком, но оказался в Морском корпусе. Не имея никакой поддержки «извне», прошел все ступени служебной лестницы: от гардемарина до вице-адмирала. Не собирался надолго задерживаться на чужбине, но судьба распорядилась иначе – ему и его товарищам пришлось расплачиваться за неразумные действия других.Кругосветная экспедиция на шлюпе «Диана», которым командовал Головнин, намерения имела самые мирные. Но дважды русские моряки оказывались в плену. Сначала – в британской Южной Африке: заходя в чужеземный порт, капитан «Дианы» просто не знал, что между Россией и Британией началась война. Целый год русскому кораблю не давали покинуть порт, и тогда Василий Михайлович решился бежать, прямо из‑под носа многочисленной эскадры противника. А затем – два года неожиданного вынужденного пребывания в Японии. Но Головнин снова сумел перебороть обстоятельства: вернулся из японского плена, чего никому прежде не удавалось.Головнин не искал опасностей – они сами находили его. Не выслуживался – но сделал немало для русского флота. Не собирался «открывать» Японию – но использовал представившуюся возможность досконально изучить страну вынужденного пребывания. Не стремился к литературной славе – но она не обошла его стороной. Головнин опроверг утверждение самого Ивана Федоровича Крузенштерна, который любил повторять: «Моряки пишут плохо, зато искренне». «Записки в плену у японцев» Головнина написаны так, как и положено писать моряку: искренне и честно – и при этом талантливо. Уникальный материал о неведомой тогда стране Японии и ее народе плюс блестящий литературный слог – неудивительно, что книга Головнина сразу стала бестселлером, получила массу восторженных отзывов и была переведена на многие европейские языки.Василий Михайлович Головнин никогда не шел на поводу у судьбы. Мореплаватель и кораблестроитель, ученый и военно-морской теоретик, лингвист и этнограф, писатель и философ, государственный и общественный деятель – кажется, что его таланты безграничны!А обстоятельства… подчиняться им – удел слабых. Подчинять их себе – привилегия, данная сильным и незаурядным личностям, к числу которых относится и великий русский мореплаватель Василий Михайлович Головнин.Электронная публикация включает все тексты бумажной книги В. М. Головнина и базовый иллюстративный материал. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу. Прекрасная офсетная бумага, десятки цветных и более 300 старинных черно-белых картин и рисунков не просто украшают книгу – они позволяют читателю буквально заглянуть в прошлое, увидеть далекие земли в давние времена такими, какими их видели участники той удивительной экспедиции. Это издание, как и все книги серии «Великие путешествия», напечатано на прекрасной офсетной бумаге и элегантно оформлено. Издания серии будут украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, станут прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.

Василий Михайлович Головнин

Геология и география
В глубь степей
В глубь степей

От первых упоминаний об южноуральских и прикаспийских степях у древнегреческого историка Геродота (V в. до н. э.) до географических описаний Оренбургского края учеными начала XX в. — такова история исследований огромного степного региона, представленная в очерках книги.Читатель узнает о жизни и экспедициях П.И.Рычкова, П. С. Палласа, Э. А. Эверсманна, С. С. Неуструева и др. Их маршруты проходили по территории нынешней Оренбургской, Челябинской областей, Башкортостана, а также по Западному Казахстану.Автор, доктор географических наук, заведующий Оренбургским отделом степного природопользования Института экологии Уральского отделения Российской академии наук, более 20 лет исследует степи Южного Урала и Западного Казахстана.Книга может служить учебным пособием при изучении географии и истории родного края в средней школе. Будет интересна широкому кругу читателей.

Александр Александрович Чибилёв , А. А. Чибилёв

Геология и география / История / Образование и наука