YouTube. Как самый популярный видеохостинг завоевал мир?

Инженеры тестировали «Даллас»[111], настраивая рекомендации для определенных зрителей, которые об этом не знали. На собрании YouTube Stats, которое Мехротра проводил каждую пятницу, они представили ошеломляющие результаты: машины нашли способ показывать больше рекламы и при этом увеличивать время просмотра.

— Как можно сочетать одно с другим? — спросил Мехротра.

— Понятия не имею, — ответил инженер. — Запускаем?

Как обычно: можем ли мы использовать это на всех видеороликах? Мехротра попросил тестировать систему еще неделю и потом отчитаться о ее поведении. Через неделю инженеры вернулись. Те же результаты. Больше рекламы, больше времени на YouTube. Без понятия почему.

В конце концов программисты раскусили машинную логику. Если зритель видел рекламу сразу после входа на сайт, он, как правило, уходил. Но стоило подождать, пока он чем-то увлечется, посидит 10–20 минут за просмотром видео, а потом показать рекламу — и зритель будет более терпимым к коммерческим паузам. Машины вывели формулу, которая заставляла людей смотреть больше видеоматериалов и, следовательно, больше рекламы. Это прекрасно сочеталось с новым форматом, который YouTube внедрил примерно в то же время — «необязательная реклама», которую зрители могли быстро проскакивать. Рекламодатель платил за такие ролики только в том случае, если зритель их смотрел; это означало, что материалы должны быть убедительными (кроме тех случаев, когда зритель был лентяем или ребенком и не мог прочитать надпись «Пропустить рекламу»). Продавцам YouTube понравился такой формат: если рекламу Nike люди смотрели, то Adidas тоже хотел показывать привлекательные ролики и, возможно, даже платил больше, чтобы превзойти Nike на рекламной ярмарке YouTube. После этого, как вспоминал один бывший руководитель YouTube, бизнес превратился в «товарный поезд, не способный остановиться».

Столбушкина, который тогда был ведущим инженером, попросили обсудить «Даллас» на собрании всего персонала YouTube в Сан-Бруно. Ему отвели всего десять минут, поэтому он предложил простую метафору, подходящую для денежной выгоды, которую принес алгоритм. Он вышел на сцену и начал словами: «Представьте, что видео — это закуска, а реклама — это выпивка». «Даллас» в этом сравнении был роботом-сомелье, подбирающим правильную комбинацию. Инженер вывел на большой экран изображение стейка рядом с бутылкой Шато Марго и хрустальным бокалом.

* * *

Пока YouTube совершенствовал свои алгоритмы, зрители стягивались в растущую тусовку в уголке сайта.

Одного из главных персонажей сайта фанаты знали под именем Стеф. Этот лысеющий, коренастый, добродушный канадец с легким акцентом, намекающим на ирландские корни, рассказывал о своем печальном детстве, о свиданиях и браке, о больших, серьезных темах — он мог говорить о чем угодно, — обращаясь напрямую к молодым, недовольным мужчинам, переживающим трудные времена, и обещая им свет в конце туннеля. Они прислушивались.

Стефан Молинье, бывший ИТ-бизнесмен, в свои тридцать с небольшим превратился в высокопарного гуру. Как и другие, кто зарабатывал деньги на компьютерах во время бума доткомов, он носил свободные поло и наслаждался звуком собственного голоса. В 2005 году Стеф основал подкаст и движение Freedomain Radio. Вскоре после этого он зарегистрировался на YouTube и стал размещать видео со стандартными заголовками для поисковых систем[112] (например «Введение в философию») и лекции в стиле самопомощи а-ля Тони Роббинс, многие из которых длились более часа или двух. Годы спустя Молинье заговорил об экономической боли и аномии как последствиях финансового кризиса. «Студенты колледжа имеют, черт возьми, право впадать в депрессию, — сказал он телезрителям[113]. — Их общество неустойчиво». Он читал лекции, оформленные как комментарии к «Гарри Поттеру» и «Звездным войнам». Некоторые зрители были в равной степени очарованы как его мировоззрением, так и фрагментами личной жизни, о которых он рассказывал. Недоучившийся студент из Западной Вирджинии по имени Калеб Кейн, любитель Dead Kennedys и документальных фильмов Майкла Мура, обнаружил Молинье на боковой панели YouTube и восхитился тем домашним блаженством, о котором говорил гуру вместе с женой и дочерью. «Я хочу все это, — сказал себе Кейн. — Если я просто буду смотреть его все чаще, я стану таким же, как Стеф».

Молинье начинал на YouTube не с политики. Если эта тема поднималась[114], он был либертарианцем или «анархо-капиталистом»[115]. Но политика начала понемногу вкрадываться, особенно после того как Америка избрала чернокожего президента.