Забытая история русской революции. От Александра I до Владимира Путина

1913, 21–23 февраля. – Торжества, посвященные 300-летию Дома Романовых. Утверждение «Большой программы по усилению армии». 1-10 сентября. – Первый Всероссийский сельскохозяйственный съезд, признавший необходимым встать на путь создания в деревне коллективных хозяйств.

За 1894–1914 годы госбюджет страны вырос в 5,5 раза, золотой запас – в 3,7 раза. Значительные суммы из бюджета выделялись на развитие культуры и просвещения. Однако население с 1897 года (когда была проведена первая всероссийская перепись) по 1913 год возросло на треть и перед Первой мировой войной составляло 165,7 млн человек (без Финляндии). Такой значительный рост был достигнут за счет высокого уровня рождаемости и снижения смертности, которая, впрочем, в России оставалась более высокой, чем в экономически благополучных странах. Шел быстрый рост городского населения, хотя его удельный оставался небольшим.

К 1900-м годам Россия располагала второй в мире по протяженности сетью железных дорог. Интенсивное железнодорожное строительство способствовало развитию промышленности, в первую очередь тяжелой; российская индустрия со времен Александра III росла самыми высокими в мире темпами, и в целом за годы подъема промышленное производство в стране более чем удвоилось, причем производство средств производства увеличилось почти в три раза.

Однако в конце 1890-х годов проявились симптомы промышленного кризиса, который затем перешел в острую фазу и продолжался до 1903 года. Темпы прироста промышленного производства рухнули (в 1902 году прирост составил лишь 0,1 %), однако в силу разновременности охвата кризисом отдельных отраслей не произошло хотя бы уменьшения общего объема выпускаемой продукции.

Первое десятилетие XX века тоже оказалось неблагоприятным для отечественной промышленности; полагают, на ее развитие негативно повлияли Русско-японская война и революция 1905–1907 годов, но все же промышленный рост не прекращался, он составил за 1904–1909 годы в среднегодовом исчислении 5 %, а с 1910-го начался новый промышленный подъем. Отрасли, производящие средства производства, увеличили за этот период выпуск продукции на 83 %, а отрасли легкой промышленности – на 35,3 %; среднегодовой прирост промышленной продукции превысил 11 %.

Но мы обосновали уже основной принцип «русских горок»: в отличие от всех остальных регионов Земли общество и экономика России имеют скачкообразный путь развития, движение «рывками». Развиваясь «нормально», как все, даже с высокими процентами роста производства, по уровню экономики и жизни населения страна быстро отстает от других. Это – наше нормальное состояние; такая особенность была у нас всегда. Даже развиваясь темпами, которые показал период 1910–1914 годов, мы отстаем!

При поразительно высоких темпах развития доля России, например, в выпуске железа и стали за 1903–1914 годы снизилась с 6,1 % до 5,6 % среди индустриальных стран. А с учетом того, что значительная часть железноделательной промышленности страны работала на создание сети железных дорог, а при наших пространствах и населении дорог нам нужно было много больше, чем другим странам, ясно, мы сильно отставали и по дорогам тоже!

Иначе говоря, общие итоги развития страны того времени выглядят весьма внушительно: по объему промышленного производства Россия в 1913 году занимала 5-е место в мире, а по добыче нефти уступала только США, но при этом оставалась аграрной страной и отставала по темпам. В канун Первой мировой войны по уровню индустриализации и экономическому потенциалу в целом Россия входила лишь в третью группу индустриально развивающихся стран, уступая не только США, Германии, Великобритании и Франции, но и второму эшелону промышленно развитых государств – Австро-Венгрии и Италии, где процесс индустриализации еще не вполне завершился. (В качестве шутки: как всегда, стояла задача «догнать» Португалию.)

Наиболее показательно, что страна отставала от наиболее развитых государств по производству промышленных товаров на душу населения; по этому показателю США и Англия в 1913 году превосходили Россию примерно в 14 раз, а Франция в 10 раз.

Нам здесь кажется уместным напомнить вывод о том, что величина России отнюдь не избыточна. Она как раз такая, чтобы страна могла выживать как равная среди других стран. В самом деле: если бы промышленные центры – Урал, Донецк, Москва и Петербург – не были объединены в одну страну, то конгломерат этих территорий ни врозь, ни совместно не смог бы развиться в достаточной степени, чтобы защищать свои интересы на мировой арене…