Зачем мы плаваем

Тысячелетиями на территории современных Малайзии, Индонезии и Филиппин дети в морских племенах баджо знакомятся с морской жизнью раньше, чем учатся ходить. Родители молятся, чтобы дети обладали даром обращения с водой, необходимым им для жизни, неразрывно связанной с рифом. Даже двух-трехлетние дети легко ныряют, опускаясь на глубину с помощью мощных толчков ногами, для сбора мелких ракушек. С площадок плавучих домов дети постарше учат маленьких братьев и сестер держаться на воде, грести и выискивать рыбу.

Недавно было установлено, что селезенка у баджо на 50 % больше, чем у представителей родственной группы, ведущих сельский образ жизни на материковой части Индонезии. Когда мы ныряем, селезенка сокращается – это часть нырятельного рефлекса млекопитающих, – выбрасывая в кровоток дополнительный запас переносящих кислород красных кровяных телец. Сердечный ритм замедляется, кровеносные сосуды сжимаются, направляя кровь от конечностей к основным органам. Эти меры сохранения энергии позволяют нам более эффективно расходовать имеющийся кислород.

Морские млекопитающие, например морские котики, проводящие значительную часть жизни под водой, имеют непропорционально крупную селезенку по сравнению с наземными млекопитающими. Морские котики с самой большой селезенкой могут нырять глубже всех – можете считать ее дополнительным баллоном воздуха. Исследования свидетельствуют, что гипертрофированная селезенка у баджо – результат естественного отбора, а не ныряния как такового[33]

. Представители народности баджо, имеющие гены, кодирующие более крупную селезенку, чаще выживают и имеют больше потомков. Даже баджо, которые никогда не ныряли, имеют этот признак. Их тела эволюционировали так, чтобы они были более успешными фридайверами.

Хотя данный признак у баджо наследуется, другие характеристики для водного образа жизни приобретаются. Аналогичные морские народы, занимающиеся фридайвингом, например обитающие на воде мокен, также проживающие в семейных лодках и прибрежных домах на сваях общинами, разбросанными по современным Таиланду и Мьянме, имеют особую способность фокусировать взгляд под водой[34]. Было доказано, что дети народа мокен, которые растут, ныряя, имеют в два раза более острое подводное зрение, чем мы, сухопутные крысы. Там, где у нас все расплывается перед глазами, эти морские люди с легкостью собирают моллюсков и трепангов на океанском дне, не нуждаясь в очках или масках.

Большинство из нас очень плохо видят под водой, потому что коэффициент преломления света изогнутой роговицы, обеспечивающий нам прекрасное зрение на суше, приближается к коэффициенту преломления воды при погружении. Дети морских народов способны приспосабливаться к этому, когда оказываются под водой, сужая зрачки, что усиливает четкость мелких деталей того, что они видят. Сначала было неясно, является ли эта способность наследуемой или приобретенной, но исследователи установили, что раннее обучение погружениям может изменить всех нас. Менее чем за десяток уроков по различению определенных контрастных узоров под водой дети сухопутных народов смогли приобрести устойчивую повышенную способность фокусировать взгляд при нырянии.

Вода сформировала этих людей и в иных отношениях. Для выживания в таких местах нужны не только навыки плавания, но и понимание того, как функционирует водная среда. Эти культуры предпринимают особые шаги для подготовки к такой жизни. Двадцать шестого декабря 2004 года, когда в результате мощного цунами в Индийском океане погибло около 230 000 человек на побережьях Южной и Юго-Восточной Азии, люди народа мокен выжили, потому что смогли увидеть признаки скорого бедствия на воде[35]

.

На отдаленных Суринских островах у берегов Таиланда жители деревень ушли на возвышенности после того, как кто-то заметил, что море отступает и берег обнажается. Они предупредили всех встречных и оказались далеко от берега задолго до удара первой волны. Деревня была уничтожена, но все ее жители спаслись. В Национальном парке Му Ко Сурин около двух десятков представителей народности мокен проводили для туристов экскурсии с подводными погружениями, когда заметили странности в направлении течений. Они увели свои лодки подальше от берега на глубокую воду и выжили. То же самое произошло с группой рыбаков мокен в территориальных водах Мьянмы. Заметив бешеные водовороты вокруг своих лодок, они сразу же устремились в океан. Другие находившиеся там же рыбаки были заняты ловлей кальмаров. Когда морские воды вздыбились со всей своей чудовищной мощью, их постигла смерть.

Повсюду в этом регионе слоны бросились на возвышенности. Цикады замолкли. Дельфины ушли в глубокие воды. Ни один из этих мокен лично не видел цунами, но старики рассказывали легенды о «семи катящихся волнах», которые приходят каждые два поколения. «Лабоон», так они называют самую большую из этих волн, – «очистительная волна», набрасывающая с яростью, чтобы все пожрать и уничтожить.