Зачем мы плаваем

Однажды осенью я решила доплыть от Алькатраса до Сан-Франциско. Я сделала это на спор. Из ночной экскурсии по этой островной тюрьме, которую я однажды посетила, мне больше всего запомнилось, что из-за близости Алькатраса к центру Сан-Франциско заключенных часто зачаровывали звуки жизни, разносящиеся над водой. Когда жители города встречали Новый год и звуки их веселья доносились через холодные бурные воды залива, берег казался заключенным до безумия близким. Эта близость была худшей пыткой.

Бесплодный скалистый остров Алькатрас имеет площадь меньше одной сотой квадратного километра. Здесь отовсюду простираются ошеломляющие виды Сан-Франциско, широкий залив и ржавого оттенка мост Золотые Ворота. Согласно устным преданиям индейцев олони, Алькатрас использовался аборигенами как место изоляции для наказания нарушителей законов племени[62]. Это легко представить, находясь здесь, особенно ночью. Кажется вполне правдоподобным, что ты чувствуешь себя ничтожным, запертым в этом бескрайнем просторе.

В течение почти трех десятилетий, когда Алькатрас, иначе Скала, являлся федеральной тюрьмой (с 1934 по 1963 год, когда ее закрыли из-за непомерно возросшей стоимости доставки лодками всего, вплоть до пресной воды), здесь содержались особо опасные преступники, в том числе Аль Капоне, Роберт Страуд (он же Птицелов из Алькатраса, прозванный так потому, что во время своего предшествующего заключения в исправительном учреждении Ливенуорта стал уважаемым орнитологом) и Рой Гарднер, знаменитый американский грабитель поездов и самый печально известный мастер побегов своего времени. Переведенный в Алькатрас в 1934 году, Гарднер обратился с просьбой о помиловании и был освобожден в июле 1938 года. На следующий год он опубликовал сенсационную автобиографию, названную им «Ад-Катрас»[63]

 – в честь места, которое оставило на нем свою отметину[64]. Еще через год он покончит жизнь самоубийством.

Скала – это место, где можно сойти с ума. А как тюрьма, это ад для преступников, обросший легендами. Все здесь было устроено так, чтобы сломить вас и принудить к подчинению. В общей сложности задокументировано четырнадцать разных попыток побега отсюда с участием тридцати шести заключенных. Самой печально знаменитой и скрупулезно подготовленной стала попытка побега Фрэнка Морриса и братьев Энглин в июне 1962 года. Они прорыли туннель из своих камер заостренными ложками, на койки положили одеяла и фальшивые головы из мыла, туалетной бумаги и собственных волос. На исходе ночи они спустили на воду надувной плот, сделанный из пятидесяти украденных дождевиков. Всех троих так и не нашли, но недавнее исследование с использованием компьютерного моделирования и информации о приливах в тот день оставляет слабый шанс тому, что их могло не утащить в море[65]. Вероятно, они сумели выбраться из воды среди скалистых мысов к северу от моста Золотые Ворота – следы этой высадки, скорее всего, принесло бы последующим приливом на остров Энджел. Действительно, именно там ФБР нашло весло и личные вещи, которые можно связать с беглецами. Тем не менее самым вероятным результатом стали гипотермия и утопление.

Одному заключенному, Джону Полу Скотту, удалось в декабре 1962 года доплыть от острова до Форт-Пойнта на южной стороне моста Золотые Ворота. Это единственный подтвержденный случай, когда заключенный добрался до берега вплавь. Считалось, что из-за температуры воды (обычно ниже 15 ℃), бурных течений (нередко имеющих скорость 11 км/ч или более), острых скал (способных изрезать вас на кусочки) и акул (пожалуй, достаточно) нечего и пытаться. Скотт доказал, что это не так.

Скотт с другим заключенным изготовили спасательные нарукавники из украденных резиновых перчаток (оба работали на кухне; сообщник Скотта сломал лодыжку во время побега и был схвачен через считаные минуты). Скотт в конце концов выбрался на берег в Форт-Пойнте во время отлива и был найден четырьмя подростками – без сознания, в состоянии переохлаждения. После краткого пребывания в больнице Пресидио его вернули в Алькатрас.

Безусловно, это кое-что говорит о наших коллективных верованиях, если мы выбираем для самой охраняемой федеральной тюрьмы клочок земли, находящийся едва ли в паре километров от Сан-Франциско. Мы строим такие тюрьмы, как Райкерс-Айленд (зажатую между Бронксом и Куинс вплотную к взлетно-посадочным полосам нью-йоркского аэропорта Ла-Гуардиа), и такие, как Алькатрас, вызывающе близко к нашим городам, и полагаем, что они надежны, поскольку окружены водой.