Зачем нужна геология: краткая история прошлого и будущего нашей планеты

Теория Амброуза вызывает споры. В частности, при недавних археологических раскопках в Индии (не так далеко от Тобы) обнаружились свидетельства того, что как минимум одна группа людей пережила извержение относительно благополучно. Раскопки показывают, что и над слоем, и под слоем пепла, который можно однозначно связать с Тобой, обнаруживаются одинаковые инструменты; это означает, что ими пользовались и до, и после этого события. Останков людей рядом с инструментами не нашли, поэтому ничего не известно о людях, которые создавали и использовали эти инструменты, но кем бы ни были эти древние люди, после того, как пепел Тобы накрыл их поселение, они во многом продолжали жить точно так же, как до бедствия. Однако имеющиеся данные ничего не говорят о численности этих людей, так что, вполне возможно, пережить катастрофу смогла лишь небольшая часть населения.

Поэтому будущее идеи Амброуза неясно: она может оказаться абсолютно неверной. И пусть данные индийских раскопок ее не подтверждают, да и у биологов пока остаются вопросы к размерам и продолжительности эффекта бутылочного горлышка для человечества, сама эта история — изящная иллюстрация того, как работает наука. Амброуз обнаружил возможное совпадение по времени между природной катастрофой и событиями эволюции человека и выдвинул гипотезу о существовании причинно-следственной связи. Он собрал определенные доказательства (время, предполагаемые экологические последствия и т. д.) своей идеи, и когда она оказалась в центре внимания, это побудило биологов и археологов внимательно изучить другие данные, которые могли бы проверить эту гипотезу. Неизвестно, выдержит ли она проверку, но проведенные исследования почти наверняка помогут лучше понять воздействие извержения Тобы на наш вид.

Каким бы ни был результат этой работы, нельзя отрицать катастрофические последствия извержения. Например, в ледяных кернах из Гренландии — практически на противоположной стороне планеты от Суматры — самый большой всплеск содержания серы за почти 100 000 лет наблюдается в слоях льда, появившихся во время извержения Тобы. Это указывает, что вулкан выбросил огромное количество двуокиси серы: по современным оценкам, оно в сто раз превышает соответствующий показатель извержения Пинатубо в 1991 году. За облаком аэрозолей после Пинатубо тщательно следили: оно облетело Землю за несколько недель и рассеялось по всему миру за несколько месяцев. Как уже говорилось, оно более чем на год понизило общемировую температуру примерно на 0,5 °C. Климатические модели показывают, что аэрозоли после извержения Тобы должны были на несколько лет понизить глобальные температуры на 10 °C. Примерно за десять лет температуры вернулись к первоначальным значениям, однако даже такое кратковременное мировое похолодание в сочетании с уменьшением количества осадков (которое также предсказывают модели), возможно, уничтожило большие участки влажных тропических лесов. Значительное уменьшение солнечного света из-за частиц в аэрозолях должно было усугубить и другие экологические проблемы.

В документированной истории человечества не произошло ни одного суперизвержения, и поэтому предполагаемое воздействие на окружающую среду приходится экстраполировать на основе более мелких наблюдаемых извержений — таких, как Пинатубо. Однако все имеющиеся данные свидетельствуют, что такой подход вполне разумен: нет ничего, что указывало бы на принципиальное качественное различие между суперизвержениями и их меньшими собратьями. Если результаты для моделирования Тобы верны, то даже при кратковременном воздействии на окружающую среду нагрузка на экосистемы всего мира окажется очень большой. Высокие уровни пыли в ледяных кернах Гренландии вскоре после всплесков количества серы — возможно, признак того, что массовое уничтожение растительности способствовало сильной ветровой эрозии суши.

Выводы о последствиях извержения Тобы подтверждают исторические данные еще об одном крупном извержении в том же регионе мира. В апреле 1815 года взорвался вулкан Тамбора, находящийся, как и Тоба, в Индонезии. Разрушения были существенными, однако мощности взрыва не хватает, чтобы считать эту катастрофу суперизвержением^[57], и имеющиеся сообщения о последствиях носят скорее качественный, чем количественный характер. Тем не менее ясно, что и локальные, и глобальные последствия оказались крайне серьезными. Непосредственно от извержения и от последовавшего голода, вызванного неурожаем, погибли десятки тысяч человек. В северном полушарии, где тогда проживала большая часть населения планеты и находились основные сельскохозяйственные земли, следующий 1816 год прозвали «годом без лета». В июне и июле в Канаде и Соединенных Штатах шел снег, по обе стороны Атлантики вымирали посевы и погибал домашний скот, вызвав самый жестокий голод девятнадцатого столетия. Необычно низкая температура стояла еще два года. Если извержение Тамборы привело к таким бедам, то глобальные последствия извержения Тобы — в пятьдесят раз более мощного — должны были оказаться просто катастрофическими.