Загадка завещания Ивана Калиты

Данная таблица проясняет многое в родословии белозерских князей. Так, в частности, А.В. Экземплярский, а за ним и другие историки полагали, что известие 1363 г. об Иване Белозерском, пришедшем из Орды к князю Дмитрию Константиновичу Суздальскому, во второй раз занявшему Владимир, относится к князю Ивану Федоровичу Белозерскому, погибшему на Куликовом поле в 1380 г.[355] Правда, при этом они не замечали нестыковок — получалось, что Иван Федорович в летописях упоминался раньше своего отца Федора Романовича, имя которого впервые упоминается летописцем лишь в 1375 г. Все встает на свои места, если известие 1363 г. мы соотнесем с другим Иваном Федоровичем (№ 5 нашей родословной).

Второе уточнение относится к древнейшим актам Кирилло-Белозерского монастыря, сопоставленным еще при жизни основателя обители Кирилла Белозерского и датируемым 1397–1408 гг. В них в качестве наместника сына Дмитрия Донского князя Андрея Дмитриевича упоминается князь Юрий Васильевич Белозерский[356]. В одном из подобных актов встречается фраза: «Доложа тиуна княжь Юрьева Ивановича…»[357]. Не зная, кем был упомянутый здесь князь Юрий Иванович, и поскольку сама грамота дошла лишь в позднейшем списке, ее издатели предположили, что в данном случае произошла описка и текст фразы следует читать: «Доложа тиуна княж Юрьева Ивана Львова», как это мы видим в двух предыдущих актах[358]. Но ошибки здесь нет, и указание грамоты на князя Юрия Ивановича следует соотнести с упоминаемым синодиками князем Юрием Ивановичем (№ 10 нашей родословной).

Князья Копорские

Изучение составленного по синодикам родословия белозерских князей ставит перед исследователем еще один вопрос — насколько полно это родословие и все ли белозерские князья XIV — начала XV в. включены в него? Ответ на него должен быть дан отрицательный.

В.Л. Янин, изучая систему кормлений в новгородских пригородах (они давались за службу князьям, в обязанность которых вменялась оборона границ), обратил внимание на известие летописца под 1393 г.: «Прииха князь Костянтин Белозерскыи в Новъгород, и прияша его»[359]. С этого времени имя князя Константина Ивановича Белозерского начинает мелькать в новгородских летописях. Под тем же 1393 г. рассказывается, что «новгородцы, охвочая рать, выехаша на княжи волости воевать, а с ними два князя, Роман Литовскыи, Костянтин Ивановичь Белозерскыи, и воеводы новгородцкиа»[360]. В 1394 г. «ходишь новгородци съ своими князи, съ княземъ Романомъ и съ княземь Костянтиномъ, къ Лскову ратью»[361]. В 1395 г. «приходиша немци свея к новому городку к Яме, и поихаша прочь, и князь Костянтин с городцаны иных изби, а инии убежаша»[362]. В 1396 г. «пришедше немци в Корельн скую землю и повоеваша 2 погоста: Кюрьескыи и Кюлюласкыи, и церковь сожгоша; и князь Костянтин с Корелою гнася по них и язык изима и приела в Новъгород»[363] Впоследствии князь Константин Иванович перешел во Псков, где упоминается под 1408 г.[364]

Кем был упомянутый князь Константин Иванович Белозерский? Вслед за А.В. Экземплярским В.Л. Янин считает его сыном погибшего на Куликовом поле князя Ивана Федоровича[365]. Но согласиться с этим утверждением нельзя. Родословцы называют князя Ивана Федоровича бездетным и, более того, особо подчеркивают, что «от тово род не пошел». Поэтому единственно возможным отцом князя Константина Ивановича Белозерского следует признать другого Ивана Федоровича (№ 5 нашей росписи).

Крайне важным для нас представляется другое наблюдение В.Л. Янина. Выясняется, что белозерские князья традиционно служили Новгороду, получая за это половину города Копорье, отчего в ряде источников именуются князьями Копорскими. Позднее один из них — Олисей Константинович, по предположению В.Л. Янина, сын Константина Ивановича Белозерского, стал новгородским тысяцким в первой четверти XV в.[366], а под 1435 г. упоминается и сын Олисея Константиновича Антип[367].

Встречаются ли в летописях и другие копорские князья? Под 1394 г. псковские летописи сообщают: «Того же лета, месяца августа в 1 день, приидоша новогородцы ко Пскову ратью в силе велице, и стоаша у Пскова 8 дней, и побегрша прочь нощью посрамлени, милостью святыа Троица; тогда и князя Копореиского убиша Ивана, под Олгиною горою, И иных бояр много на Выбуте избиша, а иных изымаша…»[368].

Кем был князь Иван Копорский, убитый в 1394 г. под Псковом? В.Л. Янин осторожно указывает, что согласно показаниям родословцев у Романа Юрьевича Белозерского имелся сын Иван[369]. Но подобная идентификация невозможна, ибо указанный князь Иван Романович должен был жить в XV в. и не мог быть убит в 1394 г. Можно предположить, что это был сын князя Константина Ивановича Копорского князь Иван Константинович, так же как и отец, носивший прозвище князь Копорский.