Загадки сражений Александра Невского

Таким образом, мы видим вполне логичный план:

1) Контроль узловой позиции – вначале с помощью армии, потом крепости.

2) Благодаря этому устанавливается контроль над важным путем (рекой Невой), что позволяет экономически обеспечить данную экспансию (сбор пошлин, возможно, установление торговой монополии, сбор налогов с окрестных земель).

3) После закрепления в опорном пункте можно продолжить экспансию, нападая на Ладогу или используя крепость как базу для армии вторжения.

4) Со временем возможен и постепенный захват Новгорода.

По сути, именно эту последовательность описывает НПЛ: «…сташа в Неве в устье Ижоры, хотяче восприяти Ладогу, просто же реку и Новгород и всю область Новгородскую»⁷² – закрепиться в устье Ижоры, планируя захват Ладоги, или просто установление контроля над Невой, а со временем и Новгородом.

Встает вопрос, почему шведы не использовали для строительства крепости один из упомянутых остров на месте нынешнего Санкт-Петербурга или Орешек (Шлиссельбург).

Здесь надо учитывать требования к расположению крепости, вытекающие из целей завоевателей.

Крепость должна контролировать реку, т. е. располагаться так, чтобы ее нельзя было обойти по одному из протоков Невы. Она должна находиться в месте, удобном для обороны. Расположение крепости должно предоставить гарнизону нормальные условия для проживания. Поэтому желательно, чтобы ее не затапливало весенними наводнениями. Это исключает острова на месте нынешнего Петербурга.

Также крепость должна была обеспечить нормальные условия для деятельности гарнизона.

Расположение на острове очень выгодно с точки зрения обороны, но любые поездки в замок или из замка требуют или перевозки людей и лошадей, серьезно затрудняют перевозку грузов и т. п.

Именно поэтому в 1300 г. также была основана около впадения в Неву реки Охты Ландскрона.

Важно отметить, что именно известие о строительстве замка лучше всего объясняет спешку А. Н., который стремился разгромить захватчиков до того, как они построят на месте обычного лагеря стационарные укрепления, а также уверенность русских в том, что шведы будут оставаться на одном месте, а не двинутся дальше, без чего, как уже было сказано, выдвижение русских войск к Неве и особенно присоединение к армии гарнизона Ладоги становилось крайне рискованным делом.

Даже если бы шведы успели до появления русских возвести серьезные укрепления, новгородцы и дружина Александра могли бы блокировать крепость, мешая дальнейшему строительству, лишив шведов возможности набирать (силой или за деньги) новых работников, грабить окрестности, собирать и использовать местные ресурсы (лес, камень, продовольствие) и т. д., спокойно ожидая, пока подойдут остальные русские отряды, чтобы взять крепость штурмом.

В.Ю. Антонова, описывая первые замки Швеции, сообщает, что их начали строить в правление Биргера, чаще всего вдоль морских или речных путей. По форме эти сооружения представляли собой круглые коренастые башни, которые позднее окружали стенами⁷³. По сути перед нами описание типичного мотт-и-бейли.

Концепцию строительства шведской крепости в устье Невы разделяют почти все современные исследователи, кроме А.Н. Кирпичникова, продолжающего, вслед за И.П. Шаскольским, говорить о временной остановке шведов.

<p>Вопрос о послах</p>

Житие утверждает, что, войдя в Неву, лидер шведов послал к Александру послов с сообщением: «Если можешь, сопротивляйся, ибо я уже захватил земли твои»⁷⁴

.

Разумеется, возможно, эта вставка призвана подчеркнуть кичливость (т. е. неправедность) лидера завоевателей, а на его фоне подчеркнуть благочестие героя Жития, который, услышав эти слова, стал молиться и повторять библейскую истину о том, что «не в силе Бог, а в правде»⁷⁵.

С другой стороны, шведы могли послать послов для переговоров.

Они наверняка понимали, что их появление вскоре станет известно русским. С другой стороны, они – если привиденные выше рассуждения верны – уже достигли своей цели, заняв те земли, которые планировали.

В этой ситуации посылка послов выглядит довольно логичным поступком. По сути, русским было предложено признать действия шведов, которые (в данный момент) не собираются захватывать новгородские города, а претендуют только на небольшую территорию на границе. Вероятно, зная об ослаблении Руси в результате татаро-монгольского нашествия, шведы надеялись, что новгородцы не станут возражать. В случае отрицательного ответа шведы как минимум получали информацию о намерениях новгородского руководства, а в идеале еще и выигрывали время для строительства замка. Правда, послы, в отличие от гонцов, не имели возможности менять лошадей, да и не имели нужды так торопиться.

Так что, скорее всего, они прибыли в Новгород после ухода Александра и его армии.

Характерно, что Житие не приводит ответ русского князя, даже такой, который бы подчеркнул достоинства героя. На основании этого можно сделать вывод, что Александр с послами просто не встречался, во всяком случае до сражения. Скорее всего, они были задержаны в Новгороде оставшимися в городе властями (посадником?).