Закат блистательного Петербурга. Быт и нравы Северной столицы Серебряного века

Обезумевшим от страха пассажирам казалось, что время остановилось. Тем не менее, вся эта история заняла всего несколько минут. Двое экспроприаторов быстро подхватили тяжелые баулы с деньгами, которые без всякого сопротивления отдал казначей, и бросились из вагона. Грабители прыгали в обе стороны от поезда и устремлялись в двух направлениях – к Коломяжскому ипподрому и в противоположную сторону.

Раненый стражник, превозмогая боль от раны, и его товарищ попытались вступить в перестрелку с бандитами, но те, отступая, стали буквально осыпать поезд пулями. В поисках спасения пассажиры прятались под лавки и ложились на пол. Женщины истерически рыдали. Случайной жертвой перестрелки стал один из пассажиров, получивший тяжелое ранение в живот.

На звуки выстрелов со станции Новая Деревня отправился экстренный поезд с полицейскими. Однако, когда он подошел к месту трагедии, злоумышленников уже и след простыл. Полиции оставалось только идти по следам террористов и осматривать местность. Невдалеке от Коломяжского ипподрома обнаружили брошенное одним из грабителей пальто, в котором оказалась бомба с фитилем.

Но главное – нашли брошенный экспроприаторами мешок серебряной и медной монеты. Возможно, грабители просто не справились с пудовой ношей и бросили деньги, а может быть, сочли, что нет смысла возиться с тяжеленным баулом, доверху наполненным мелкой монетой всего-то на полторы тысячи рублей. Второй мешок с золотыми монетами и кредитными билетами на сумму в 12 тысяч 560 рублей террористы унесли с собой. Найти деньги и задержать грабителей по горячим следам полиции не удалось.

А спустя два дня после трагедии в поезде скончался от раны пассажир, ставший случайной жертвой перестрелки. Им оказался полковник 148-го Каспийского полка Иван Алексеевич Суренкин, который незадолго до рокового дня вышел в отставку. Он умер в военно-клиническом госпитале на Выборгской стороне. Перед смертью он очень страдал от полученной раны. Для прощания тело перевезли в церковь Каспийского полка в Петергоф. В этом полку полковник И.А. Суренкин служил в течение тридцати восьми лет и пользовался большим авторитетом среди солдат и офицеров…

Церковь Каспийского полка в Петергофе, в которой прощались со случайной жертвой «революционной экспроприации» в сестрорецком поезде – полковником И.А. Суренкиным. Начало 1900-х гг. Фото К. Буллы

Налет на столярную мастерскую

Как правило, экспроприаторы выбирали для нападений такие объекты, где можно было гарантированно рассчитывать на «материальное вознаграждение». Поэтому очень трудно понять логику бомбистов, совершивших налет на… столярную мастерскую. Иначе как разбойниками их и не называли.

Напали эти разбойники на столярную мастерскую за Обводным каналом, в районе, именовавшемся в народе «Быками». Мастерская помещалась в квартире мастера Петра Евсеева в доме на Забалканском проспекте. Одна комната служила приютом самого хозяина и его жены, а другая являлась мастерской. В ней же в небольшом закутке ютились ученики. Евсеев имел несколько крупных заказчиков из разных учреждений и торговых фирм и особо не бедствовал. Работало у него пять мастеров и три ученика-подмастерья.

Дело было в конце ноября 1907 года. В день праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы вечером хозяин с женой ушли в гости. В мастерской остались подмастерья и ученики.

По обыкновению, дверь из мастерской на одну из лестниц (а квартира имела два выхода) никогда не запиралась. Рабочие беспечно играли в карты, как вдруг дверь широко распахнулась. На пороге стояли шесть человек, одетых, как потом говорили рабочие, в «немецкое платье». В руках у всех блестели револьверы. Рабочие страшно растерялись и в ужасе даже не могли встать со своих табуреток.

От шайки разбойников вперед выступил высокий блондин, носивший характерные для франтов калоши-боты серого цвета.

– Смирно, руки вверх! – скомандовал он. – Не сопротивляйтесь! Мы вас не тронем, если вы подчинитесь нам. Довольно эксплуатировать вашему хозяину рабочий народ. Где лежит хозяйское добро?

Рабочим ничего не оставалось, как под дулами пистолетов покорно встать с поднятыми руками. Когда один из них попытался сделать шаг в сторону к двери, атаман сразу же заметил эту уловку.

– Если кто из вас тронется с места, мы взорвем бомбу, – пообещал он, вытаскивая из кармана довольно большой шарообразный предмет и кладя его на порог.

Под угрозой оружия разбойникам показали хозяйскую комнату, которая оказалось запертой на замок. Налетчики взломали ломиками дверь и принялись копошиться в сундуках и письменных столах. Рабочие в страхе стояли под нацеленными на них револьверами, а на пороге лежал зловещий черный шар.