Закат Гейропы и России

Но продолжим. В 2009 году аргентинские феминистки развернули кампанию под названием «Коллективная апостасия». Они призывают население писать епископам письма с требованием зарегистрировать их выход из Церкви. Наиболее любопытно, что кампанию поддержали некоторые клирики, считая, что «некоторые люди, возможно, переживают духовные страдания». Вот еще один пример того, что постулат «нас никто не трогает – мы никого не трогаем» перестает действовать. Это при том, что в 2003 году Буэнос-Айрес стал первым в Латинской Америке городом, где была разрешена регистрация однополых гражданских союзов. И если до середины 90-х годов по конституции Аргентины президентом страны мог быть избран только католик, сегодня это правило отменено.

А что же с другими основными религиями? Ведь там простор для защиты прав женщин для ультрафеминисток, и даже для обычных феминисток куда более широкий? Не может же борьба вестись исключительно с христианскими ценностями? Ведь споры о положении женщин, допустим, в исламском мире, ведутся давно?

А вот здесь и прошел очень интересный «водораздел», между ультра и «неультра» феминистскими организациями Европы. Не так давно в некоторых европейских странах, например таких, как Франция и Бельгия, были наконец приняты законы, запрещающие ношение в общественных местах паранджи и никаба. Казалось бы, вот оно – то, что любая феминистка, борющаяся за освобождение и равноправие женщин, должна приветствовать априори. Но парадокс состоит в том, что некоторые наиболее радикальные феминистки, вместе с европейскими левыми и исламоправозащитниками, выступили против! Дескать, государство ущемляет права женщин носить ту одежду, которую они хотят. Ну и, разумеется, такие законы ущемляют религиозные права и традиции мусульман, этнических меньшинств, иммигрантов, несчастных беженцев и т. д. и т. п. Куда уж без этого.

В общем – Алиса в Зазеркалье.

Итак, как видим, вопросам истории, культуры и религии в среде современных феминисток уделяется должное внимание. Поверьте, примеров с попытками перевернуть все с ног на голову огромное количество и нет смысла все их здесь перечислять. Ну нужно же ультрафеминистским организациям как-то научно и исторически обосновать собственную высшую цель, к которой они стремятся. Каким-то образом подогнать мечту анархофеминисток прошлого к современным реалиям. Вы спросите, что же это за цель, что же за мечта у них такая?

А ее они, собственно, особенно и не скрывают. Дадим же им слово:

«При патриархате каждая женщина – жертва в прошлом, настоящем и будущем. При патриархате дочь каждой женщины – жертва прошлого, настоящего и будущего. При патриархате сын каждой женщины – иуда, а также неизбежно насильник и эксплуататор других женщин».

Андреа Дворкин

«Если жизнь на этой планете собирается сохраниться, то необходимо провести дезактивацию земли. Я думаю, это будет соответствовать целям эволюции – резкое уменьшение численности мужчин».

Мэри Дейли. С ней на страницах книги мы еще не были знакомы, поэтому краткий портрет. Мэри Дейли – не так давно скончавшаяся американская писательница и философ, прославилась выражением: «Требовать равноправия женщин в христианской Церкви – все равно что требовать равноправия негров в Ку-клукс-клане».

«Сегодня технически возможно зачатие без помощи самцов… так же, как возможно рожать только самок. Мы должны незамедлительно приступить к делу. Самец – это ошибка природы».

Валери Соланас

Ну а наиболее кратко и доходчиво обосновала цель ультрафеминизма американский профессор Салли Герхард:

«Численность мужчин должна быть уменьшена и сохранена на уровне 10 % от общей популяции».

То есть цель предельно и откровенно ясна. Прочтя это, кто-то ухмыльнется, мол, нельзя же воспринимать всерьез «бред городских сумасшедших». Как физически можно добиться… как там? дезактивации? – физического уничтожения такого количества мужчин, исчисляемого в миллиардах?! Кто же им позволит?

Не спешите.