Записки бизнесюка

И не только Карфаген. Перед легионами пали древние города, опоясанные многими кольцами стен: Мемфис, Иерусалим, Сидон… Интересна судьба финикийского Тира. Он стоит на острове, в нескольких километрах от берега. Внешнее кольцо стен совпадает с береговой линией: не высадишься. Вход только через порт, укреплённый и защищённый донельзя. Навуходоносор II, Дарий, Ксеркс, Александр Македонский — далеко неполный список тех, кто Тир не взял. Но финикийцам торговля была милей войны: они любому завоевателю предлагали «капитуляцию». Условия: гарнизона нет; наместника нет; законы свои; беглых не выдаём; налог мизерный; но в храме статую нового царя поставим, будем славить. Лишь Александр Македонский добился, чтобы 1 (один) вражеский воин всё-таки проскакал по улицам Тира. Разумеется, героем стал он сам. Но римское право и идея Pax Romana не предусматривали наличия оффшорных зон и пиратских республик. Очередную финикийскую «капитуляцию» римляне с презрением отвергли. Попытка подкупа тоже не удалась: легаты золото взяли, но сдали в казну, а финикийцев «кинули»; осаду не сняли. Силами трёх легионов римляне построили морскую дамбу, установили на ней громадные катапульты и раздолбали стены. Затем пошла бомбардировка зажигательными снарядами, к коей присоединились и суда, вьющиеся вокруг города и перебрасывающие «гостинцы» через сильно потерявшие в высоте укрепления. Занялись пожары, которые не успевали тушить, несмотря на наличие рядом морской воды: рук не хватало. Через полгода осады капитуляция стала настоящей, безоговорочной. Для сравнения: Ксеркс мучился 32 месяца и принял издевательские условия финикийцев. После победы римляне разграбили остатки Тира дотла и, по своей варварской привычке, разрушили.

Но была закавыка. Страну с дорогами «сеточкой» не может защитить ополчение или войско рабов-крепостных. В подвижных укрепрайонах нужен свободный гражданин, профессиональный воин, потомственный легионер (жениться им запрещалось, но дети признавались). Долго думал: за что люди в легионах корячились? Полное гособеспечение это хорошо, но для такой работы и риска маловато. Ведь существовавший больше в воображении советской пропаганды «энтузиазм ударных комсомольских строек», не идёт ни в какое сравнение с тем, что римляне реально сделали. А легионеры были свободными; надзиратели и заградотряды над ними не стояли. И они были грамотными: сохранились их письма. Писали простые солдаты: мало литературных достоинств, много жаргона, мата и юмора «ниже пояса». Зато почти нет ошибок; видно, что трудная латинская грамматика вдолблена фашами (розгами) на уровень рефлексов. В европейских армиях полевая почта стала работать не только для офицеров, но и для солдат со второй половины XIX века. А раньше солдатня была неграмотной. И склонной к дезертирству, тогда как из легионов не бежали. Иногда из них спокойно и с достоинством уходили. Во время войны или службы вне Империи покинуть легион было нельзя, но в мирное время легионер мог уйти, уведомив начальство за полгода. Что не считалось дезертирством: отставник сохранял все привилегии. Кроме одной, которая и порождала конкурс в легионы.

По римским законам юноша достигал совершеннолетия в 16 лет, и тогда же мог изъявить желание служить в армии. Ему радовались, как родному, и отправляли на два года в учебный лагерь, который нельзя было покинуть до истечения срока. Там салага, понятное дело, выполнял не слишком тяжёлую, но грязную и непрестижную работу, вроде чистки сортиров. Но в отличие от привычных для нас реалий, юниоры были снабженцами и почтальонами. Если по Уставу на каждого легионера приходилось двое трусов, а на 5 легионеров — одна сковорода, то кто-то должен был всё это в легион привезти. Юниоры и возили, получая плюхи за нерасторопность. Одновременно учась дисциплине и владению оружием. Че-рез два года наступал момент истины: кто-то уходил, не выдержав; остальных распределяли в действующие войска. Помимо основной ударной силы — легионов — у римлян была куча вспомогательных войск: например, пращники и моряки. Большинство юниоров там и оказывалось. И были довольны: после 15 лет беспорочной службы можно претендовать на хлебные чиновничьи должности, хотя легионеры и здесь имели преимущество. В легион попадал лишь каждый десятый прошедший учёбу. Причём юношей старше 20 лет туда не брали. Далее следовали 15 лет бесконечной адовой работы, периодически перемежаемых войнами. Легионеры считали войну отдыхом: на стройках меньше работать надо. Зато по окончании службы в возрасте 33–35 лет у людей наступал праздник. Уже сказал, что отставной легионер-ветеран мог перейти на административную службу и имел преимущество в карьере чиновника. Но это не новость. Даже в нынешней РФ так: посмотрите, сколько отставников в органах власти, начиная с президента Путина. Фишкой римлян было то, что людям… города дарили!

«Лучше быть первым в деревне, чем последним в Риме». © Гай Юлий Цезарь.