Записки бизнесюка

Бизнес отлично справляется с проблемой дефицита, наполнения рынка и с выводом на рынок новых товаров (прогресс). С криминалом справляется государство, и неплохо, что бы ни говорили авторы детективов. Зато с инсайдом в рыночной экономике гораздо сложней: его цена резко повышается. Ведь он пользуется огромным спросом, который, разумеется, рождает предложение. Например, Минтранс РФ является игроком на рынке грузоперевозок: государству принадлежит контрольный пакет акций РЖД, основного конкурента автомобильных грузоперевозчиков. Но тот же Минтранс на этом рынке Судья, поскольку он устанавливает правила. Представь приятель, что в разгар футбольного матча судья надел футболку одной из команд. Или — ещё лучше — футболку третьей команды. Но свисток изо рта не вынул, и карточки не отложил.

Минтранс знает, запретит он «длинные» американские сцепки, или нет, а я, мелкий бизнесюк — не знаю. Это реальный вопрос, будораживший рынок грузоперевозок в 2010–2012 гг. В США иной стандарт фур, чем в Европе: они длиннее. В России разрешены оба варианта, но Минтранс планировал запретить «американцев». На слухах и инсайде цены на них колебались на 30–50 % каждый месяц. В итоге пока не запретили. Для меня эта информация жизненно важна: я вкладываю в покупку фуры, быть может, последнюю рубашку. И ту заёмную. Если куплю «американку», а Минтранс её запретит, я разорюсь. И меня, быть может, убьют за долги. Но инсайд принадлежит Минтрансу, и просто так абы с кем он им делиться не станет. Проблема инсайда в рамках только рыночной экономики не решается. Доказано математически. Тем не менее, дело не безнадёжно: законодательство и обычаи могут помочь. Бизнесюк может добыть инсайд, как сделал я в Минтрансе. Причём информацию можно достать легально, без связей и взяток. Для этого существуют общественные комиссии, советы и центры при министерствах. Там можно встретиться с чиновниками и задать им вопросы. Не сразу, сильно покочевряжившись, но они всё-таки дадут ответ. Не факт, что он будет правдив. Но, собрав несколько мнений, представление составить можно. Процесс требует больших затрат времени и сил, а также особого склада ума. Поэтому в промышленно развитых странах им занимаются специальные люди — лоббисты. Но и в РФ сделано многое, хотя квалифицированных лоббистов мало.

Экономика (производство благ) должна служить людям. Рай на земле построить нельзя, но можно хотя бы попытаться не превращать жизнь в ад.

Рынок прекрасный инструмент для облегчения жизни. Но это очень сложная вещь; просто так работать не будет. Как утверждал лауреат Нобелевской премии по экономике за 1973 год и стопроцентный американец с 1931 года, а до того 26 лет русский Василий Леонтьев: «Систему свободного предпринимательства можно сравнить с гигантским компьютером, способным решать свои собственные проблемы автоматически. Но каждый, кто имел дело с большими компьютерами, знает, что иногда они дают сбой и не могут действовать без присмотра». Та же мысль у британца Нила Аскерсона: «Свободная рыночная экономика — превосходная вещь, но, чтобы она работала, нужно очень много полиции». Теперь то же по-русски: «невидимая рука рынка показала фигу» (© Григорий Явлинский). Вариант: «сжалась в кулак и двинула в челюсть» (автор неизвестен). Для нормального рынка нужны условия. С точки зрения бизнесюка, их три:

— сильный и хоть сколь-нибудь справедливый Судья, устанавливающий правила и следящий за их выполнением;

— крупные игроки (лидеры рынка, маркет-мейкеры); их не должно быть слишком много, чтобы не было монополии или ценового сговора (олигополии), но должно быть достаточно, чтобы сделки могли совершаться всегда;

— остальных участников рынка — средних и мелких бизнесюков — должно быть очень много, чтобы рынок мог приходить к равновесию за разумное время.