Записки Обыкновенной Говорящей Лошади

Поэтому о частной жизни номенклатуры расскажу с чужих слов. Но обязательно расскажу, ибо молодым это нужно знать, чтобы наши СМИ не вешали им лапшу на уши.

* * *

Итак, рассказ номер один. Его я услышала от хорошего знакомого Юрия Сергеевича Короткова. Рассказ из эпохи «скромняги» Брежнева.

…Начало осени. Юрий Сергеевич, ответственный сотрудник Мосэнерго, ведающий энергоснабжением центра Москвы (минус Кремль), отдыхает с женой Маргаритой в подмосковном санатории. А в это время Брежнев созывает внеочередной пленум ЦК КПСС. Со всей страны в столицу, а именно в гостиницу «Москва», съезжаются члены и кандидаты ЦК, в том числе первые секретари пятнадцати республик, секретари обкомов и крайкомов. Словом, все удельные князья, владевшие в ту пору нашей необъятной родиной. И, как водилось у такого рода персонажей, они везут в гостиницу «Москва» свою свиту: помощников и референтов, охрану и топтунов, а также обслугу. В том числе и поваров, а к ним наисвежайшие продукты: куропаток-поросяток, икру зернистую и икру паюсную, овощи и фрукты… А к поварам и к поросяткам – морозильники-холодильники, вытяжки-вентиляторы, электроплиты, миксеры-таймеры, кофемолки и кофеварки, тостеры и ростеры, блендеры и электрочайники. И все это заграничного производства, сиречь купленное за валюту.

В тот роковой день, в 7:00 утра по московскому времени приборы, которые еще не были включены в электросеть, включаются. Морозильники-холодильники морозят. Таймеры отсчитывают минуты. Вентиляторы крутятся, вытяжки работают, миксеры замешивают, электроплиты варят-жарят, кофемолки – мелют, блендеры трясутся от усердия, над кофеварками и электрочайниками поднимаются ароматы натуральных кофе-чая.

А сами приезжие гости, члены и кандидаты ЦК КПСС, в партийных неглиже бреют электробритвами «жиллет» свои ответственные физиономии.

И вдруг… все это великолепие замирает. Проводка не выдержала. Авария. Лифты останавливаются между этажами. Плиты, миксеры, таймеры, вытяжки, блендеры, кофеварки и чайники разом выключаются. Бритвы «жиллет» перестают брить. И даже лампочки в ванных и сортирах гаснут.

Катастрофа. И у всех советских вождей и начальников разом встает один вопрос: «Кто виноват?» Кроме, разумеется, израильской военщины, мировой закулисы и американских империалистов.

Вы, конечно, понимаете, что виноват был наш знакомый из Мосэнерго Юрий Сергеевич. Но он чудом спасся. По телефону распорядился, быстро примчался, все наладил. И учитывая, что пленум был внеочередной и что в старой, созданной еще до революции 1917 года энергосистеме Москвы мало кто разбирался, наш милый Юра остался жив и даже не получил инфаркта. Умер не скоро. И своей смертью.

Словом, полный хеппи-энд.

А теперь подумаем. Можно ли себе представить, что в XX веке при нормальном строе политики будут съезжаться в столицу со своими поварами и холодильниками? Какой нормальный строй смог бы выдержать и такие траты, и такую наглость?

* * *

Рассказ номер два, совсем, казалось бы, пустячный, но и он передает нравы частной жизни «скромняг» при советской власти.

Это рассказ нашего с мужем друга Камила Икрамова[14].

Как-то Камил, человек неслыханного обаяния, закадрил дочку одного из наших вождей (какого – не сказал). И девушка пригласила его приехать к ней на Рублевку, на госдачу, естественно, в отсутствие родителей.

Ради такого торжественного случая Камил отправился в «Националь», самый шикарный московский ресторан того времени, и купил там яблочный пай. Яблочный пай из «Националя» считался тогда эталоном красивой жизни. У него даже упаковка была фирменная, не такая, как у других тортов. И вот приезжает Камил со своим паем на госдачу, минует заранее предупрежденную охрану, и его встречает горничная. Перед тем, как снять пальто, Камил ставит торт на подзеркальник. И горничная спрашивает: «А это что?» Камил объясняет. И тогда горничная говорит: «Зря потратились, молодой человек. Мы городское не едим…»

Я сорок лет занималась германским фашизмом. И знаю, что даже параноик Гитлер мог экспромтом зайти в любое хорошее берлинское кафе и съесть там пирожное с кремом. А еще чаще – зайти в кафе вдвоем с известной красавицей и заказать торт со взбитыми сливками. А уж о министре культуры Геббельсе говорить нечего. Он всячески показывал, что всегда со своим народом. У него на раутах в годы войны, когда вводили карточки, гости отрывали соответствующие талоны, прежде чем приступить к трапезе.

Совсем иначе вели себя наши министры культуры.

Году в 2014 я смотрела на ТВ «Линию жизни» актера Сергея Газарова. И он рассказал, что перед тем, как на спектакль в «Табакерке» пришел Демичев, в театр «завезли буфет». Этот «буфет» запомнили и друзья Газарова, сидевшие на передаче. Никого не удивило, что Демичев – кажется, он был тогда и министром культуры, и членом политбюро – ездит на спектакли со своим «буфетом». А вдруг ему захочется в антракте съесть яблоко или выпить стакан ситро?

* * *