Записки Обыкновенной Говорящей Лошади

Дорогой профессор Вовси, за тебя я рад,Потому что, значит, вовсе ты не виноват.Зря сидел ты, зря томился в камере сырой,Подорвать ты не стремился наш советский строй.Дорогой профессор Коган, знаменитый врач,Ты оправдан, ты растроган, но теперь не плачь.Вы лечили днем и ночью, не смыкая глаз,А лягавая зараза капала на вас.Ты себе расстроил нервы, кандидат наук,Из-за этой самой стервы, подлой Тимашук.Слух давно прошел в народе – это все мура.Пребывайте на свободе, наши доктора!

И все же рискую утверждать, что доносы Лидии Тимашук отнюдь не были причиной ареста видных советских врачей, которых хотели сперва сделать фигурантами страшного процесса, а потом повесить на Красной площади… И это должно было стать прелюдией к депортации евреев всего Советского Союза в места не столь отдаленные.

Неужели из-за одной психопатки Сталин решился бы устроить скандал на весь мир! Второй Холокост? Ведь совсем немногие евреи уцелели бы в ссылке.

Да никогда в жизни.

Процесс над «врачами-убийцами» должен был стать повтором процессов 1937–1939 годов. Он, как и те процессы, был замыслен для того, чтобы повысить до предела градус террора и по-новому запугать советский народ, который стал народом-победителем. К тому же сотни тысяч представителей этого народа побывали за границей и увидели, что там легче дышится и лучше живется.

Провожу аналогию с 1930-ми годами…

В 1930-х Сталин все же, видимо, опасался, что ему могут предъявить счет за уничтожение крестьянства, за голодомор, за тотальное обнищание города и деревни, за произвол. И потому нашел козлов отпущения: самую активную тогда часть общества, окружение Ленина. Уничтожив этих «товарищей», можно было перешерстить всю партию снизу доверху и весь аппарат власти.

В конце 1940-х и в начале 1950-х Сталин еще пуще боялся, что с него спросят за миллионы напрасных жертв, за «котлы» и окружения армий; и за пол-России, отданной врагу уже в первые несколько месяцев войны; и за самолеты и танки, которые так и не ввели в бой; за Ленинград; и за уничтожение сорока тысяч хорошо обученных красных командиров, которых тиран погубил, объявив «врагами народа»… И за себя, бездаря, за себя, ничтожество, который командовал всеми и вся…

И на сей раз он нашел козлов отпущения – евреев.

Мне могут сказать, что среди «врачей-убийц» были и два русских врача – личный врач Сталина, профессор Виноградов, и, так сказать, его «домашний врач» – профессор Василенко.

Думаю, что оба они попали в список обреченных не столько из желания Сталина как-то завуалировать позорную антисемитскую акцию… Хотя тогда в Москве это воспринимали именно так.

Возможно, Сталин считал, что лечащие врачи знают слишком много о его здоровье. О том, что век его не долог. Говорят, что на допросах Виноградов со всем соглашался. В какой бы чуши его ни обвиняли, не возражал… Может, надеялся на свой диагноз?

Но моя тема не «показательные процессы» 1930-х годов, тем паче так и не состоявшийся процесс над врачами-евреями…

* * *

Моя тема – сегодняшние неравнодушные историки и сегодняшние неравнодушные люди, которые пытаются, наконец-то, распутать клубок подтасовок, фальсификаций и лжи, созданный за последние сто лет.

Давно пора признать, что при советской власти место истории занимала пропаганда. Ну пусть не голая пропаганда, а политика.

Вспомним, что главный историк 1920-х годов, то есть при Ленине, М. Н. Покровский – а он был отнюдь не бездарь – прямо говорил: «История – политика, опрокинутая в прошлое». Под его пером все цари из рода Романовых превратились в кровавых ничтожеств и самозванцев.

На протяжении всей моей жизни историки, далеко не столь образованные, как Покровский, манипулировали историей, переиначивали ее в угоду сиюминутному интересу…

Что там цари из рода Романовых!

Советские лжеисторики совершенно переврали и историю революции 1917 года. Кто-то ее все же совершал, кто-то все же сверг последнего царя, а кто-то и изгнал правительство Керенского. Изгнал в то время, когда Ленин сидел в Разливе в шалаше. Между прочим, сидел не один, а с Зиновьевым, которого вот уже семьдесят лет вообще нигде не упоминают. В мое время даже из стихов Маяковского были изъяты имена людей, непосредственно сокрушивших Временное правительство: Антонова-Овсеенко и Николая Муралова. Их Сталин объявил «врагами народа» и расстрелял…