Записки одного дайвера. Австралия

Геннадий, как джентльмен, был галантен и настойчив. Бесценный опыт сорокалетнего мужчины не пропадает и под водой. Мурена скоро уступила ему и покинула свою нору. Но, к нашему великому разочарованию, сразу после этого она быстро двинулась в сторону от нас и скоро растворилась в синеве. Огромная, более двух метров длины, она явно сегодня не нуждалась в портфолио.

Не скрывая разочарования, мы грустно двинулись дальше искать жизнь на этом марсе. К счастью, наш дайв уже подходил к концу, и мучиться оставалось совсем не долго. Минут еще через пять и вовсе пришла пора подумать о декомпрессии. Как вдруг…

Большая длинная лента очень шустро плыла ко мне. Наша мурена! В том, что это старая знакомая, я нисколько не сомневался. Мурена, не сворачивая, шла прямо на меня, не отвечая на позывные. Что-то мне в ней не понравилось. Как известно, мурены всегда держатся у дна. Поэтому когда до нее оставалось всего пару метров, я шустро взмахнул ластами и поднялся метров на пять вверх. Мурена тут же изменила направление и двинулась к Геннадию. Тот, по счастью, все видел и в точности повторил мой маневр. Мурена двинулась к Сергею. Однако она даже не догадывалась, что ей будет противостоять русский полковник.

Сергей скучно ковырял песочек в стороне от нас и не видел ничего из того, что случилось ранее. По несчастью у нас не было с собой ничего, чем можно было бы подать ему сигнал. Оставалось лишь безучастно наблюдать за происходящим, надеясь на то, что мурена просто играет.

Серая лента подплыла к нему сбоку, извилась под ним и вынырнула своей головой прямо к его маске. О, Боже! Даже страшно подумать, какой шок испытал Сергей в этот миг. Но не так-то он был прост. Полковник, а Сергей был настоящим полковником, никогда не теряет бдительность. Ровно доля секунды понадобилась ему для анализа ситуации и построения «эффективной обороны». Затем он мгновенно совершил умопомрачительный кульбит, в результате которого на месте его головы оказались ласты. Позднее мы с Геннадием даже предложили ему выступать с этим номером в цирке. Он с силой пнул мурену, и та отлетела на метр в сторону. Похоже, мурена сама не ожидала такой реакции, потому что тут же удалилась восвояси заглаживать моральный ущерб.

Весь остаток дня мы с Геннадием терпеливо слушали лекцию Сергея о важности настоящей дружбы и нашем несоответствии ей. Он не мог не говорить, а нам не было смысла оправдываться. Сам позднее все поймет и успокоится. Так все и случилось.

А вывод из всей этой истории довольно прост и написан во всех учебниках по дайвингу. Не трогайте ничего под водой, и нетронутыми будете сами. Все банально, но абсолютно справедливо. Клянусь хвостом той самой мурены.

Месть попугаю

Однажды, после замечательного дайвинга, находясь в самом прекрасном расположении духа, я вставил ключ в замочную скважину своего номера. Войдя в коридор, я остолбенел. Картина, представшая моему взору, напоминала погром средней величины. По всему полу валялись куски разгрызенных яблок. Все пакеты с чипсами и печеньем были жестоко разорваны. Но самое страшное произошло с моей пачкой кофе. Я всегда во все поездки беру с собой пакет с элитным молотым кофе. Моя любовь к этому божественному напитку просто безгранична. Так вот, с ним обошлись с особой жестокостью. Я насчитал в нем двенадцать дырок. Сам пакет лежал посреди комнаты на полу и истекал благородным коричневым порошком изо всех своих смертельных ран. Я бы смог простить грабителю все, но только не кофе…

Это был прекрасный большой остров, называвшийся Хамильтон расположенный на северо-востоке Австралии. Перелет туда был коротким и очень комфортным. А самое приятное, что здесь было намного теплее. Сейчас, в первых числах сентября, когда в Брисбане дневные температуры были близки к двадцати градусам, здесь термометр показывал все двадцать семь. Остров практически утонул в сочной зелени. Но больше всего изумляло количество птиц. Они сидели практически на каждой ветке, каждом столбе и крыше. Грохот от их пения часто заглушал наш разговор. Безусловно, лидерами в этой пернатой армии были большие белые попугаи с крепкими, крючковатой формы, клювами.

Мой номер мне сразу понравился — большой, с прекрасным видом и огромным балконом. Перед выходом на балкон висел какой-то лист с инструкцией. Не было особого желания практиковаться в английском языке именно сейчас. Прочел лишь подчеркнутое красным о том, что всегда нужно закрывать сдвижные двери. Теперь я уже гораздо внимательнее читаю инструкции. Но тогда я не обратил внимания на то, что речь в инструкции шла именно о стеклянных дверях. Уходя из номера на дайвинг, я прилежно закрыл двери с антимоскитной сеткой.

И вот сейчас я стоял посреди этого разгрома, и мое сердце клокотало от праведного гнева. В сетке двери на балкон была прогрызена настоящая дверь размером сорок на двадцать сантиметров. Поруганное кофе взывало к мщению. Вовремя вспомнив, что месть — это то блюдо, которое подают холодным, я решил успокоиться и сел в кресло. Понемногу детали предстоящей вендетты стали вырисовываться в моей голове.