Запрет на безумие

– И снова тебе говорю: не зайду. Прекрати дышать мне в спину.

– Если ты не сделаешь этого сама, я втолкну тебя силой. Заходи, Брина.

Брина вспылила.

– Зачем ты привел меня сюда? Я же сказала, что больше не ступлю в этот бар ногой! Разве не ясно?

Ролан оставался невозмутимым.

– Мы должны выяснить, что мешает тебе пересекать порог «Красной метки». И мы выясним это. Так что прекращай устраивать сцены и сделай этот ничтожный шаг.

– Он меня не впустит, – упрямилась Брина. – Бар меня не впустит.

– Заходи, – выдавил сквозь зубы Ролан и подтолкнул Брину в спину.

Брина смирилась: она вошла. Нет же, совсем не так: ОНА ВОШЛА. Переступила злосчастный порог!

– Не может быть…

Взглянув на вошедшего следом Ролана, Брина вышла.

Снова вошла: под возглас «Дубль два», что прозвучал исключительно в ее сознании, сделала второй «ничтожный шаг». И снова бар ее впустил. И снова Брина вышла.

– Он прикалывается…

Под зорким взглядом Ролана, который смотрел за ней, облокотившись плечом о стену, Брина повторила свои маневры еще раза три-четыре. Дверь они подперли палкой, редкие с утра посетители с интересом за Бриной наблюдали.

– Что она делает? – донеслось снаружи.

Брина оглянулась, Ролан, наклонившись, высунул голову на улицу.

Дорогу в направлении бара переходили Океан и… Александр. Да, то был Александр – мужчина небезызвестной Нелли. Брина запомнила его как участника драки, при которой сама едва не пострадала.

Ролан вышел на улицу, а затем, обернувшись к Брине и схватив ее за плечи, сказал:

– Остановись.

Брина на автомате кивнула. Подумала: зачем кивнула? Но спросить уже было не у кого: отвечая друзьям «Осваивается», Ролан шел навстречу мужчинам.

Дальнейший разговор между ferus мог остаться ею не освидетельствованным. Поэтому, выйдя на улицу, Брина прошла немного за Роланом и услышала голос Александра:

– Как ваши дела? – спросил высокий, темноволосый мужчина, в темных брюках и укороченном плаще. Океан с Александром ступили на ведущую к бару дорожку, и троица рослых мужиков пересеклась.

– Нормально, – ответил Ролан.

– Как совместная жизнь? – спросил Океан.

Ролан либо подтекста не уловил, либо сделал вид, что не уловил.

– Привыкаем.

– Она любопытная, да? Все про нас расспросила? – Океан улыбнулся Брине глазами.

– Нелли тоже этим качеством не обделена, – сказал к чему-то Александр.

– Да они все такие! – бросил Океан, и тут внезапно Ролан обернулся и взглянул на нее.

Темно-русая бровь поползла наверх.

Ой, можно подумать, они действительно что-то важно-интересно-секретное обсуждают.

Брина отвернулась и пошла в бар: она лучше с Дмитрием поговорит.

Брина подошла к дверям, и вот тут случился фокус: заведение Брину «дернуло». То есть Брина прошла внутрь, но с трудом и, преодолевая инерцию, словно прорвалась, орудуя локтями, сквозь взводы вражеской армии. И поняла, что если бы не шаг – ускоренный, быстрый, динамичный, которым шла от обиды на Ролана, наверно, и вовсе бы осталась на улице.

– Он…он меня укусил… – пробормотала Брина, глазами отыскивая Ролана. – Твой бар! – уже кричала. – Он снова меня укусил! Что за чертовщина такая? Что происходит? – Брина чувствовала, что близка к истерике.

Ролан поспешил к ней.

– Как тот ненормальный камень! Что им от меня нужно?

Ролан подошел, остановился, коснулся ее предплечий.

– Ты в порядке?

– Нет! – рыкнула Брина. – Как я могу быть в порядке, когда на меня постоянно покушаются, то камни, то двери!

Ролан оглядел посетителей, сидевших неподалеку.

– Успокойся, тебя не поймут.

– Им и не нужно меня понимать! Что за проклятье на мне такое?

Ролан насупил брови.

– Ты же говорил, что теперь я в безопасности, что ваши знаки не причинят мне вреда, так как во мне теперь…во мне теперь частичка ferus, – закончила она полушепотом.

– Выйди, – сказал вдруг Ролан.

– Что? – Может, ослышалась, а?

– Выйди на улицу.

– Ты что, издеваешься? Да я шага больше не сделаю!

– Палатку тут разобьешь? – спросил как-то жестко Ролан. – Выйди на улицу.

Казалось, она выкипала как переполненный чайник. А еще свистела – тютюють – и все громче, и все пронзительней.

– Ладно! – бросила злобно. – Раз ты хочешь моей смерти!

Не успев испугаться или передумать, Брина преодолела снайпер-порог…и ничего не случилось.

Она посмотрела на Ролана, развела в стороны руки: слов уже не осталось.

– А теперь зайди.

Че – рта – с дваааа она теперь зайдет.

– Зайди, – велел мягче Ролан, очевидно, прочтя лаконичное послание в многоговорящих глазах Брины.

Однако Брина слушаться не торопилась.

– Брина, – Ролан подошел к дверям. – Доверься мне. И сделай шаг. Поверь мне, все получится.

И откуда такая уверенность?

– Давай же, Брина, – настаивал Ролан. – С присущей тебе отчаянностью ты входить-выходить здесь должна, словно семечки грызть.

Знаете ли, жизнь для нее важнее каких-то семечек.

– Ну?

Брина шагнула. Просто жалко стало упрашивающего Ролана.

И снова ничего не произошло: никакой боли, никакого сопротивления. Все прекрасно. Она жива. Для нее завтра взойдет солнце. Наверное.

Брина отказывалась что-либо понимать.

– Дело во мне, – сказал ей Ролан.

– Даже знать не хочу, что это значит.