Он забежал за угол, чтобы выгнать русского, поддав ему в затылок. Этого только и ждал Егоров! Платок, издававший запах немецкого парфюма, кляпом застыл во рту фрица, а выхваченный из сапога нож был воткнут в самое его сердце.
Немец обвис и стал спускаться по стене сарая.
– Только б без лишних звуков,– молил всех богов Егоров.
Выхватив автомат, он ринулся в дом, на ходу уложив охрану комендатуры. Внутри было двое. От неожиданности, захваченные врасплох немцы в наутюженной униформе и начищенных до блеска сапогах, застыли, будто превратились в ледяные статуи. А увидев перед собой дуло автомата, подняли вверх рука. На столе у них лежала карта, на которой расположились схемы и чертежи со стрелками предстоящих наступлений. Кроме неё, там стопкой возлегали разные документы, рация, телефон…
Убрав фрицев одной очередью, Егоров перекочевал все бумаги со стола себе за пазуху, не забыв прихватить рацию с компасом, и обрезал ножом телефонный провод.
– Домой!– надо было уносить ноги, пока здесь не кинулись.
И, открыв ставни окошка, капитан выскочил на задний двор, перемахнул через забор, а дальше исчез в лесу. Он бежал сродни ветра, так ноги несли его домой, к своим, надо донести в ставку – дата наступления на карте указывала на завтрашний день.
– Только б добраться в сознании,– молился он, видя, как саднит рана на плече, и как убывают его силы.
В валежнике он решил перебинтовать себя, разорвав бельё, а заодно настроить рацию на свои позывные, чтоб передать всё, что разузнал. Как только справился, он, не мешкая ни минуты, продолжил дальше путь. Завидев бегущих навстречу ему замкомвзвода и комроты, он обессилено упал.
Казалось, сознание совсем покинуло капитана, но он, в полубредовом состоянии всё докладывал и докладывал, без конца называя дату и место наступления противника. Очнулся Егоров спустя сутки и сразу попросил пить, обезвоженный организм требовал влаги. Перед собой он увидел знакомые лица сослуживцев, которые в пересменку дежурили у его постели и фиксировали всё, что в горячке упоминал их командир.
Так наступление врага было сорвано, и все планы расстроены. А сам комвзвода капитан Егоров был представлен к высокой Государственной награде – Ордену Отечественной войны 2-й степени, памятным подарком ему стали командирские часы.