Затерянные в Шангри-Ла

Планер на опасно низкой высоте направлялся к покрытым джунглями горам. Маргарет молилась, не переставая. С лебедки на борту «Протекающей Луизы» выпустили семьсот футов стального троса. К ним добавились триста футов нейлонового буксировочного троса. В результате планер следовал за самолетом-буксировщиком в тысяче футов, то есть на несколько сотен футов ниже, чем следовало. Сэмюелз отчаянно пытался набрать высоту. Расстояние между самолетом и планером было слишком велико, чтобы благополучно перелететь через горы. Пилот выжал полный газ, но этого оказалось недостаточно. Буксировочный трос касался деревьев, а вместе с ним и планер, на борту которого находились семь человек.

Когда планер задел верхушки деревьев, Маргарет сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Она не могла слышать, как ветки царапают корпус планера — слишком живы были воспоминания о том, как несся над верхушками деревьев «Гремлин Спешиэл».

«Протекающая Луиза» отчаянно боролась за высоту. Наконец, Сэмюелзу это удалось, и он вывел аппарат в чистый воздух. «Когда планер оказался в зоне видения, — вспоминал Сэмюелз, — мы заметили, что за ним летят куски белой ткани».

Деревья были лишь первым препятствием. Сэмюелз изо всех сил пытался поднять самолет до десяти тысяч футов. Только на такой высоте можно было преодолеть окружающие долину горы. И пилот, и двигатели самолета перегрелись одновременно. Машина начала терять высоту.

— Я выжимаю из нее все, на что она способна, — передал Сэмюелз по радио.

Он сообщил, что хочет перерезать трос планера, чтобы не погубить двигатели «Си-47» — и всех, кто находился на борту обоих летательных аппаратов.

Элсмор категорически запретил майору даже думать об этом. Наблюдая за буксировкой с большого расстояния, он считал, что «Протекающая Луиза» летит на высоте, достаточной для того, чтобы преодолеть перевал.

— Пусть двигатели греются! — передал он пилоту. — Следуйте дальше.

Самые высокие вершины скрылись в тучах. Сэмюелз летел наугад.

ПЯТЬ ПАССАЖИРОВ ВЗДОХНУЛИ с облегчением, когда планер перестал касаться верхушек деревьев. Но, поздравив друг друга со спасением, они неожиданно услышали странный хлопающий звук, исходящий откуда-то снизу. Звук издавал парашют, который зацепился за шасси при взлете. Хлопая по днищу планера, парашют прорвал брезент, которым обтянут фюзеляж. ПРИСТЕГНУТЫЕ К КРЕСЛАМ ПАССАЖИРЫ СКВОЗЬ ДЫРЫ В ДНИЩЕ ВИДЕЛИ В НЕСКОЛЬКИХ ТЫСЯЧАХ ФУТАХ ПОД СОБОЙ ГОРЫ, ПОКРЫТЫЕ ДЖУНГЛЯМИ. Парашют продолжал хлопать, а дыры — увеличиваться.

Маргарет была близка к панике. Она старалась не смотреть вниз, но не могла справиться с собой. Этот полет напомнил ей прогулку на лодке со стеклянным дном — только на этот раз дна не существовало вовсе.

Джон Макколлом, который дважды возвращался в горящий «Гремлин Спешиэл», который пережил смерть брата-близнеца, который прошел через джунгли и провел через них двух тяжелораненых товарищей, который смело вступил в контакт с туземцами, вооруженными каменными топорами, теперь должен был справиться с очередной невыполнимой задачей.

Он отстегнул ремень безопасности и упал на колени. Джон прополз в хвост планера. Ветер бил ему в лицо. Понимая, что находится на волосок от смерти, Макколлом протянул руку и ухватил парашют. Он втянул часть парашюта внутрь, потом протянул руку и втянул еще одну часть. Джон Макколлом сумел втянуть в корпус планера весь прицепившийся парашют.

БОРЬБА СЭМЮЕЛЗА продолжалась. Он подчинился приказу Элсмора и не стал обрезать трос планера — хотя температура двигателей неуклонно повышалась. Перегреты были уже оба двигателя.

С помощью второго пилота, Уильяма Маккензи, Сэмюелз выполнил сложнейший маневр, от которого зависела дюжина жизней. Он надавил на рычаги, чтобы двигатели не взорвались, но при этом сохранил достаточную для благополучного преодоления горного перевала высоту.

— Мы опустились до восьми тысяч футов, — сообщил Сэмюелз, — и чуть не коснулись вершин гор.

Но самолет не рухнул. «Си-47» остался в воздухе, а за ним летел планер.

Когда они миновали последний перевал, перегревшийся самолет и поврежденный планер пронеслись над местом падения «Гремлин Спешиэл».

Вид из планера на самолет-буксировщик, который вывел планер из Шангри-Ла. На пути в Голландию (фотография любезно предоставлена Б. Б. Макколлом).

Даже через двухфутовую дыру в днище Маргарет, Макколлом и Деккер не разглядели места катастрофы. Но они знали, что где-то в густых джунглях во влажную почву вкопаны двадцать белых крестов и одна звезда Давида, которые обозначают место гибели их друзей, товарищей по оружию и родных. Они навсегда остались в Шангри-Ла.

ЭПИЛОГ. ПОСЛЕ ШАНГРИ-ЛА