Зеленая терапия. Как прополоть сорняки в голове и взрастить свое счастье

Оуэну повезло, что он оказался в Крейглокхарте; его не подвергали лечению электрическим током или постельным режимом и молочной диетой, которые использовались в других военных госпиталях. Напротив, лечебная методика в Крейглокхарте была основана на вере в терапевтическую силу общения с природой. Врач Оуэна, Артур Брок, считал важным «дать природе шанс». Он считал, что стресс и переживания войны привели к насильственному отрыву от окружающей природной среды, а потому физическое взаимодействие с ней теперь просто необходимо. Основой его подхода была работа на участках, которые он разбил на территории больницы, где его пациенты в рамках курса лечения выращивали овощи и держали кур. Больница когда-то была водолечебницей, и взаимодействие с природой включало также уход за ее территорией: теннисными кортами, лужайками для крокета и боулинга. Брок поощрял своих пациентов взаимодействовать с окружающей средой и другими способами: совершать прогулки по взгорьям Пентленд-Хиллз, изучать в полевых условиях местную флору и геологию.

Методы Брока основывались на идеях его друга и наставника, шотландского социального реформатора Патрика Геддеса[245], пионера как в области экологического образования, так и в градостроительстве. Садоводство лежало в центре его подхода. Перед войной он вдохнул новую жизнь в трущобные районы Эдинбурга, создав на пустырях общественные сады. Он считал, что люди должны жить по принципу Вольтера il faut cultiver notre jardin («нужно возделывать свой сад»). «Возделывание» человека и места нашло свое воплощение в концепции Геддеса «место-работа-народ» – триадных отношениях, которые он рассматривал как основную строительную единицу общества. Он отмечал, что совокупное воздействие индустриализации и урбанизации ослабило связи между людьми и местом их жительства и работы, что привело к негативным последствиям как для социального здоровья, так и для здоровья каждого отдельного человека. По идее Геддеса, работа в саду восстанавливает эти связи.

В Крейглокхарте чувствовалось влияние еще одного человека – Зигмунда Фрейда. Брок и его коллега Уильям Риверс считали, что частый совет блокировать или отгонять травмирующие воспоминания только задерживает выздоровление, вместо этого они поощряли пациентов не отворачиваться от своих тревожных воспоминаний, но противостоять им, только пока они терпимы. В письме Фрейду Брок писал: «Наиболее характерная черта неврастении… это отсутствие единства, это распад на части», и далее объяснял, что его пациенты не могли функционировать в обществе, поскольку они стали «подобны фрагментам их собственного разума, изолированным единицам, не связанным с пространством и временем».

Брок считал, что, внося свой вклад в общее дело, мужчины – пациенты Крейглокхарта смогут восстановить чувство собственного достоинства и интеграции. Он разрабатывал индивидуальные планы лечения, в которые входили различные виды деятельности, основанные на интересах и навыках пациента. Он исповедовал необычное для того времени убеждение, что главная задача врача – сподвигнуть пациента на помощь самому себе (хотя есть рассказы о том, как он вытаскивал людей из постели, чтобы отправить на ранние утренние прогулки). Риверс, человек с большой харизмой, сосредоточился на индивидуальной психотерапии, в то время как Брок пытался создать терапевтическое сообщество. Независимо от различных методов, цель лечения в Крейглокхарте состояла в том, чтобы помочь мужчинам взаимодействовать с реальностью. Это означало, что такие формы эскапизма, как кино, не одобрялись. «Дом движущихся картинок», по мнению Брока, предлагал «гораздо более радужные перспективы, чем свойственно реальному миру», а это никак не помогало делу.

Битва за разум требует времени и длится еще долгое время после того, как закончены все физические сражения. Несмотря на все занятия и интеллектуальную стимуляцию, предлагаемые в течение дня, для многих мужчин в Крейглокхарте ночи оставались тяжелым испытанием – временем, когда их травмы и страхи возвращались к ним в темноте. Брок, будучи классицистом, использовал миф об Антее[246], чтобы придать черты достоинства этой борьбе. Великан Антей обладал огромной силой, но был непобедим только до тех пор, пока его ноги соприкасались с землей. Геракл раскрыл секрет Антея и победил его в поединке, подняв в воздух. Как объяснил Брок, «каждый офицер, который приходит в Крейглокхарт, в некотором смысле сам является Антеем, которого оторвали от его Матери-Земли и почти раздавили до смерти военным гигантом – или военной машиной… Антей служит символом нашего лечения в Крейглокхарте. Его история – оправдание нашей деятельности».