Зеленое движение в Гражданской войне в России. Крестьянский фронт между красными и белыми. 1918—1922 гг.

Название «зеленые», казалось бы прочно привязанное к событиям Гражданской войны, всплывало и позднее.

В 1931 г. в Нижнедевицком и Горшечинском районах ЦЧО (прежнего Нижнедевицкого уезда Воронежской губернии. — Авт.) была вскрыта «контрреволюционная повстанческая организация «Зеленая армия». Она имела контрреволюционные группы и одиночек в 18 населенных пунктах и насчитывала 139 выявленных членов. Организация, как и иные аналогичные, выделяла боевые группы, стремилась запастись оружием и т. п. По крайней мере, так ее видело ОГПУ⁶⁵². Эта повстанческая структура фиксировалась в краях, недалеких от мощной зеленовщины лета 1919 г.

Новая большая война вновь актуализировала фигуру зеленого. В сентябре 1942 г. воевавшие подо Ржевом сообщали об отсутствии там сплошного фронта, «наших разведчиках-«зеленых», а также «отряде с батькой вроде Махно, который воюет со всеми»⁶⁵³

. На Орловщине, в районе Брянского лесного массива, в том числе в районах, где располагалась Локотская «республика» и формировались восточные части, после перехода фронта в августе — сентябре 1943 г., развернулось зеленое антисоветское движение. Оно проявилось в Мглинском, Суражском, Красногорском, Трубчевском районах. Для ликвидации этих отрядов Брянскому облНКВД (Брянская область была сформирована как раз в это время) выделили дивизию оперативных войск, что само по себе может служить свидетельством весьма серьезных масштабов зеленого движения⁶⁵⁴. В советском лексиконе бытовало близкое по смыслу наименование «дикие» партизаны, в противоположность организованным, армейским партизанским отрядам.

Ассоциации с зелеными возникли у известного пропагандиста РОА старшего лейтенанта Боженко. Он писал летом 1943 г., анализируя настроения русских на Псковщине, в районе Опочки: «Во время моей поездки у меня была возможность ближе познакомиться с деятельностью партизан. И когда я сравниваю их с движением «зеленых» во время Гражданской войны, прихожу к глубокому убеждению, что у партизан нет желания воевать за Сталина. У них также нет желания оказаться в немецком плену, поэтому они предпочитают в настоящее время сидеть в лесах и выжидать время, которое они сочтут подходящим для вступления в борьбу за отечество и свой собственный народ. В качестве доказательства может служить незначительная активность «партизан», а также надписи, которые они время от времени оставляют после себя, например «оставьте нас в покое, и мы оставим в покое вас». Об этом мне сообщали солдаты»⁶⁵⁵. В украинском культурно-политическом пространстве в 1941–1944 гг. возродились «сечи» и «казачества» как способы самоорганизации в критических условиях. Наряду с этим существовали и более или менее самостоятельные «республики», стремившиеся наладить отношения с оккупантами на началах относительного равноправия, что также дает отсылку к крестьянскому опыту 1917–1922 гг. и позволяет вспомнить различия великоросса и малоросса в военно-политическом поведении 1918–1922 гг.

Харбинский русский писатель Б. Юльский выпустил книгу «Зеленый легион» о борьбе русских полицейских отрядов в Маньчжурии против контрабандистов и хунхузов. Это еще один, экзотический, вариант прочтения «зеленой» военно-политической судьбы.

Показательно, что и дезертирство уже далеко за пределами Гражданской войны могло формировать к себе сочувственное отношение. История поселка Дикий — «деревни дезертиров», с импровизированным памятником дезертирам, в мордовских лесах являет собой редкий, возможно, но вполне жизненный пример⁶⁵⁶.

В европейской политической традиции в послевоенные десятилетия укоренились зеленые, в той или иной степени преемствующие от интеллектуального анархизма и иных левых политических форматов. Ныне это вполне системные политические силы. В то же время в Третьем мире существует весьма решительно настроенное движение мелких фермеров против агробизнеса под названием «Путь крестьян», La Via campesina⁶⁵⁷, понимающее себя как международное крестьянское движение. Оно охватывает представителей Латинской Америки, Филиппин, Индии, из европейского пространства — Голландии. Так что зеленые русской Гражданской войны давно принадлежат истории, но зеленый цвет по-прежнему живет в политике как цвет протеста, маркер многочисленных трудовых масс, не услышанных сильными мира сего.

Примечания

¹ Корнаков П.К. 1917 год в отражении вексиллологических источников. Дисс… канд. ист. наук. Л., 1989.

² Цит. по: Карпов НД. Трагедия Белого Юга. 1920 год. М.: Вече, 2005. С. 239.

³

Архангельский С.И. Крестьянские движения в Англии в 40 — 50-х годах XVII века. М.: Изд-во АН СССР, 1960. С. 156–186.

⁴ Ефимов Г. Очерки по новой и новейшей истории Китая. Изд. 2, испр. и доп. М.: Госполитиздат, 1951. С. 523.

⁵ См.: ПавловЯ.С. Народная война в тылу интервентов и белогвардейцев (руководство РКП(б) подпольной и партизанской борьбой в годы вооруженной иностранной интервенции и гражданской войны). Мн.: Беларусь, 1983.

⁶ История России. XX век: 1894–1939. М.: Астрель, ACT, 2009.