Через некоторое время приплыли корабли, встали на якоря.
Царь-девица послала за Иваном – купеческим сыном и велела ему к ней на корабль пожаловать.
Да только Иван ничего не слышал, потому что крепко-крепко спал. Стали его будить, толкать, но не добудились, потому что спал он не простым сном, а заколдованным.
Так и оставили его под сосной. Царь-девица очень опечалилась, однако виду не подала.
Наказала она дядьке, чтобы Иван завтра в то же самое время на берег опять приходил. Мол, приплывёт она со своими назваными сестрицами, чтобы с Иваном, женихом своим ненаглядным, повидаться. А потом велела поднять якоря, поставить паруса и уплыла к себе домой.
Когда корабли отплыли подальше от берега, выдернул дядька булавку из одежды Ивана. А сам в сторонку отошёл, будто и ни при чём он.
Иван проснулся и вскочил на ноги. Увидел, что суженая его уплывает в открытое море на своём корабле, света белого невзвидел от огорчения.
Стал он кричать, чтобы царь-девица обратно воротилась. Да та уже далеко была, не услышала Ивана.
Поехал Иван домой печальный, кручинный. Дядька ему притворно сочувствует. А сам рад-радёшенек, что денег много получит за дело простое, хоть и недоброе.
Пошёл Иван в свою спальню и лёг спать. От тоски даже ужинать не стал.
А мачеха опять зазвала дядьку в свои покои, напоила-накормила, денег дала и давай выспрашивать, что днём было. Сама рада-радёшенька, что расстроила дела ненавистного пасынка.
Потом приказала дядьке завтра булавочку опять Ивану в одежду воткнуть. И снова денег больших ему за измену посулила.
На другой день собрался Иван с дядькой на берег. Пришли и видят: вдали корабли уже плывут. Радуется Иван встрече со своей невестой – царь-девицей. А дядька подошёл к Ивану и быстрёхонько воткнул булавочку ему в одежду. Тут же Иван склонил голову, упал как подкошенный на землю и заснул непробудным сном.
Корабли приплыли и на якоря встали. Царь-девица послала за своим суженым на берег. Подошли к нему, давай тормошить, будить, водой студёной брызгать.
Да только как ни будили его, как ни толкали-тормошили – толку не добились. Спит Иван заколдованным сном, ничего не слышит!
Только тут умница царь-девица догадалась, что всё это мачехины хитрости да дядькина подлая измена.
Взыграло её сердце от огорчения! И прежде чем отплыть, написала она Ивану письмецо, где рассказала обо всём, о чём догадалась. Посоветовала она коварного изменника дядьку прогнать прочь.
А если её, свою невесту, любит, то пусть ищет её в тридесятом царстве. Заклеила она письмецо и отдала дядьке. Велела Ивану передать в руки, когда тот проснётся.
Распустили корабли паруса и вышли в открытое море. А дядька кинулся бегом к Ивану и тотчас булавку из его одежды выдернул.
Купеческий сын проснулся, вскочил, начал громко кричать да звать царь-девицу. Только та была далеко в море-океане и ничего не слышала.
Сел Иван на камень да и заплакал от тоски и бессилия. А дядька тут как тут: подошёл, притворно сочувствует, глаза свои вытирает, будто жаль ему Ивана. Подаёт он Ивану – купеческому сыну с поклоном письмецо от его невесты – царь-девицы.
Прочитал Иван письмо, всё понял, за голову схватился. Закричал он на дядьку-изменника и прогнал его навсегда с глаз долой.
А потом пошёл домой. На злую мачеху даже не взглянул. Распрощался с родимым батюшкой и отправился в путь. Решил он отыскать то далёкое тридесятое царство, где жила царь-девица, его возлюбленная невеста.
Шёл Иван, шёл куда глаза глядят. Долго ли, коротко ли – скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается – пришёл он к избушке. Стоит эта избушка в чистом поле на курьих ножках.
Постучал Иван в окошко, а из окошка сама Баба-яга выглянула:
– Фу-фу! Давненько русского духа не слыхивала, видеть не видывала! А тут русский дух сам пришёл! Говори, что тебе надобно, добрый молодец!
– Ищу я, бабушка, тридесятое царство! Не знаешь ли ты, где это? Там живёт моя наречённая невеста!
– Ну, голубок, считай, нашёл ты свою невесту!
Вышла Баба-яга из избушки, свистнула-гаркнула – налетело птиц видимо-невидимо, а с ними жар-птица.
– Что тебе, Баба-яга, надобно? Зачем звала?
– Помоги, жар-птица, доброму молодцу добраться в тридесятое царство. Там невеста его живёт.
– Садись, добрый молодец, мне на спину! Да держись крепче!
Понеслась жар-птица вместе с Иваном по поднебесью и прилетела наконец к синему морю.
– Ну, Иван, дальше я лететь не могу! Тридесятое царство на другом берегу моря! Добирайся туда сам!
Поблагодарил Иван – купеческий сын жар-птицу и пошёл по берегу моря.
Шёл-шёл, видит: стоит избушка. Постучался, зашёл в избушку, а там бабушка сидит.
Приветила она доброго молодца, накормила его, напоила. А потом и спрашивает, что он в их краях делает.
– Ах, бабушка! Привела меня в ваши края великая любовь к царь-девице! Весь белый свет я обошёл. И только теперь узнал, что тридесятое царство, где она живёт, на другом берегу синего моря. А как туда добраться, не ведаю!