Железный начдив Азин. Между красными и белыми

Отношение к зятю резко поменялось, когда Каппель поступил в Николаевскую академию Генштаба. А потому молодые уехали в Санкт-Петербург, теперь уже с благословения отца и матери Ольги. В столице супруги проживут вплоть до событий семнадцатого года.

В годы Мировой войны выпускник Императорской Николаевской военной академии Каппель показал себя молодцом, дослужившись до штаб-офицера при главнокомандующем Юго-Западного фронта. Дважды был ранен. К началу Гражданской войны Каппели и жившие с ними Строльманы, в надежде переждать смутное время в провинции, перебрались в более тихую Пермь. К тому времени у Владимира Оскаровича и Ольги Сергеевны уже росли дети – дочь Татьяна и малолетний сын Кирилл.

А вот и самое удивительное. Оказывается, подполковник Каппель вступил в Гражданскую войну… красноармейцем! Да-да, прочитав эти строки, вы не ошиблись: Каппель, действительно, был офицером Красной армии, в которую вступил весной 1918-го всё в той же Перми. Время было смутное и непонятное. Офицера направили к новому месту службы – в Самару, где в то время, пожалуй, было неспокойней всего. В конце мая восстал Чехословацкий корпус, власть перешла к эсэровскому Комитету членов Учредительного собрания (Комучу). Для борьбы с большевиками новое правительство немедленно приступила к созданию Народной армии. Возглавить её первые отряды и вызвался энергичный подполковник Каппель.

Когда возникла угроза захвата Казани, в Москве не на шутку всполошились. 20 июня в Казань прибывает новый командующий Восточным (Волжским) фронтом Михаил Муравьев – опытный военный (подполковник царской армии), некоторое время до этого возглавлявший войска Петроградского военного округа. Штаб Муравьёва разместился в шикарных «номерах Щетинкина» (ныне гостиница «Казань»). В кратчайшие сроки из разрозненных красных частей в составе фронта были созданы 1‐я, 2‐я, 3‐я и 4‐я армии.

Была усилена охрана хранилищ с золотым запасом. Когда на приём к Муравьёву явился управляющий Казанским отделением Народного банка РСФСР Пётр Марьин, главнокомандующий его заверил:

– Пока здесь нахожусь я, беспокоиться не следует…

* * *

Но, как оказалось, именно потому, что командующим фронтом был Муравьёв, и следовало беспокоиться: в первой половине июля, как гром среди ясного неба, появляется Правительственное сообщение об измене М.А. Муравьёва:

«11 июля 1918 г.

ВСЕМ, ВСЕМ, ВСЕМ!

Бывший главнокомандующий против чехословаков левый эсер Муравьев подкуплен англо-французскими империалистами.

Муравьев сбежал из штаба Революционного военного совета в Симбирск и отдал по всем войскам приказ повернуть против немцев, которые будто бы взяли Оршу и наступают на нас. Приказ Муравьева имеет своей предательской целью открыть Петроград и Москву и всю Советскую Россию для наступления чехословаков и белогвардейцев. Измена Муравьева своевременно раскрыта Революционным военным советом, и все войска, действующие против чехословаков, верны Советской власти.

Сим объявляется по войскам, по Советам и всем гражданам Советской республики:

1. Немцы нигде на нас не наступают, на немецком фронте все спокойно.

2. Всякие призывы к наступлению на немецком фронте являются провокацией и должны караться расстрелом на месте.

3. Бывший главнокомандующий на Чехословацком фронте левый эсер Муравьев объявляется изменником и врагом народа. Всякий честный гражданин обязан его застрелить на месте.

4. Все приказы по войскам, действующим против чехословаков, будут впредь до нового распоряжения подписываться Мехоношиным и Благонравовым.

Председатель Совета Народных Комиссаров Вл. Ульянов (Ленин)

Народный комиссар по военным делам Л. Троцкий»[80].