Женщины в России, 1700–2000

В некоторых отношениях к началу XIX века Петровская революция словно бы описала полный круг и вернулась в исходную точку. Вновь в высшем обществе стали превозносить женщин в первую очередь тогда, когда те вели себя как хорошие и добродетельные жены, и порицать, когда они пользовались той же сексуальной свободой, которую мужчины для себя уже воспринимали как данность, или осмеливались вторгаться в те сферы, которые мужчины считали своей территорией. Однако многое все же изменилось безвозвратно. Петровская революция, особенно после дополнений, внесенных Екатериной Великой, открыла перед женщинами высших сословий двери, которые после этого больше никогда не запирались на амбарный замок. Возможности образования медленно, но неуклонно расширялись. Домашние обязанности женщин, теперь включающие в себя и культуртрегерскую миссию, под влиянием сборников полезных советов и сентиментальной литературы приобрели новую ценность. Более того, как станет видно из следующей главы, это определение семейственности отчасти входило в противоречие с имущественными правами знатных женщин и с их ответственностью за управление имуществом, учитывая, что и то и другое в XVIII веке продолжило укрепляться. В то же время прежние образцы идеальной женственности продолжали сосуществовать с новыми и служить источниками морального авторитета, уходящего корнями в прошлое России. К примеру, боярыня Морозова жила в мифах и художественных образах: в 1887 году художник Василий Суриков написал ее портрет, где воспел ее мученический подвиг.

Допетровские идеалы, воплощением которых стала Морозова, в сочетании с веяниями новой эры также побуждали женщин расширять и в итоге покидать пределы культурно приписанной им сферы.

Рекомендуемая литература

Дашкова 1985 — Дашкова Е. Р. Записки 1743–1810 / подготовка текста, статья и комментарии Г. Н. Моисеевой. Л.: Наука, 1985.

Автобиография одной из самых выдающихся женщин екатерининской эпохи.

Дмитриев 1994 — Домострой / отв. ред. Л. А. Дмитриев. СПб.: Наука, 1994.

Black 1978 — Black J. L. Educating Women in Eighteenth Century Russia: Myths and Realities // Canadian Slavonic Papers. 1978. Vol. 20. N 1. P. 22–43.

Hughes 1996 — Hughes L. Peter the Great’s Two Weddings: Changing Images of Women in a Transitional Age // Women in Russia and Ukraine / ed. Marsh R. New York: Cambridge University Press, 1996. P. 31–44.

Hughes 1990 — Hughes L. Sophia, Regent of Russia 1657–1704. New Haven, Conn.: Yale University Press, 1990.

Kollman 2002 — Kollman N. S. What’s Love Got to Do With It? Changing Models of Masculinity in Muscovite and Petrine Russia // Russian Masculinities in History and Culture / ed. Clements B. E., Friedman R., Healey D. New York: Palgrave, 2002. P. 15–32.

Исследование Петровской революции в эмоциональной сфере жизни.

Kollman 1991 — Kollman N. S. Women’s Honor in Early Modern Russia. Russia’s Women: Accommodation, Resistance, Transformation / ed. Clements B. E., Engel B. A., Worobec C. Berkeley, Calif.: University of California Press, 1991. P. 60–73.

Schlafly 1997 — Schlafly D. A Muscovite Boiarynia Faces Peter the Great’s Reforms: Dar’ia Golitsyna Between Two Worlds // Canadian-American Slavic Studies. 1997. Vol. 31. N 3. P. 249–268.

Петровская революция глазами женщины высшего общества.

Tyh ret 2001 — Tyh ret I. Between God and Tsar: Religious Symbolism and the Royal Women of Muscovite Russia. DeKalb, Ill.: Northern Illinois University Press, 2001.

Новаторское исследование значения, которое имела обособленная женская сфера в политической культуре Москвы.

Ziolkowski 2000 — Tale of Boiarynia Morozova: A Seventeenth-Century Religious Life / ed. Ziolkowski M. Lanham, Md.: Lexington Books, 2000.

Содержит биографию Феодосии Морозовой, а также ее письма.

Глава 2Петровская революцияДворянки дома