Жизнь после свадьбы. Как построить семейное счастье?

Но оно невозможно без авторитета, оно не навязывается только харизматическими качествами мужчины (что тоже важно, но не первостепенно), а складывается прохождением всех семейных и личностных стадий развития мужчины. На роль патриарха в семье не выбирают. Приходит время и потребность, и им становится старший мужчина в роде (среди нескольких семей). От этой роли не отказываются, но ее нельзя захватить или навязать. Патриаршество – это вершина мужской семейной «карьеры», это высота духа и многообразие опыта, счастье и страдания, это отцовство и дедовство, потери и доблести, ошибки и покаяние, прощение и строгость. Все, что отличает личность зрелого человека.

Патриарх – это, конечно, власть, но власть с любовью. Без любви она может оказаться тиранией. С любовью же становится ведущей силой, которая поправляет семейные грехи и примиряет стороны конфликтов. Власть эта опирается на традицию, на семейно-ролевой устав (который никто не писал специально, но все в основном принимают и соблюдают), на отношения и авторитет. Власть необходима, чтобы устанавливать границы дозволенного, следить за соблюдением закона, чтобы судить и призывать к примирению. Но это не абсолютная власть, а власть, принимающая свободу другого и смиряющаяся перед чужой волей. Она относительна в меру любви, то есть допускает свое бессилие из любви к детям (в широком смысле слова).

Любовь патриарха шире, чем любовь отца к родным детям или внукам. Она распространяется на всю большую семью, весь род, и охватывает и племянников (даже внучатых), и зятьев, и невесток, и свах, и просто дальних родственников, как своих детей. А потому патриарх исходит в своих решениях не столько из интересов своей семьи, сколько из интересов всего рода (расширенной семьи). И в этом его особый подвиг, особая задача этого периода жизни.

Может ли в роли патриарха оказаться женщина? Конечно! В наше время таких примеров немало. Только бабушка (прапрабабушка) – патриарх может при этом (если она мудра) опираться на память и авторитет мужа, чью (природную) роль она исполняет по необходимости.

Глава 13. Вдовство

Утрата

Рано или поздно наступает момент расставания супругов. Кто первый покинет этот мир – неизвестно. Романтические мечты умереть в один день не сбываются (кроме редких исключений). И оставшемуся предстоит пережить горе и научиться жить без него (нее).

Расставание – это подведение итогов, прощение друг друга и покаяние друг перед другом. И дело не только в признании грехов, ошибок или преступлений, а в смирении, с одной стороны, и в любви и милосердии – с другой. В случае, когда расставание наступает не сразу (длительная болезнь супруга), возможно и примирение, если в супружестве оставались непрощенные обиды.

Вдовство, каким бы трагичным оно ни было, – это такой же деятельный период жизни семьи, как и все предыдущие. Более того, то, что супруги делали вдвоем, теперь предстоит делать одному. А этому никто не учил, приходится учиться на ходу. Но первое и важнейшее – необходимо преодолеть горе потери и принять разлуку. Это первый этап стадии вдовства. Здесь мы говорим в основном о смерти супруга в пожилом возрасте, когда большая часть жизни позади. Случаи ранней смерти мужа или жены относятся к ненормативным семейным кризисам и будут подробно описаны нами в следующей книге.

Конечно, острота горя зависит напрямую от качества отношений супругов. Утрата спутника жизни при взаимной многолетней крепкой любви, дружбе и верности наносит большую рану оставшемуся, чем при уже давно потерянной близости или «невзаимности» в отношениях. В счастливом браке муж и жена как бы «прорастают» друг в друга и переживают смерть супруга как «ампутацию» незаменимой части своей жизни (но не себя, как это воспринимают при слиянии: «Это не он умер – это я умерла! Меня больше нет, меня похоронили вместе с ним»).

С другой стороны, по-настоящему любящие супруги страдают от потери партнера не так «деструктивно», как созависимые, которым, чтобы продолжить жить, а не влачить жалкое существование в ожидании конца, еще предстоит серьезная психологическая перестройка личности. Ведь в созависимых семьях горе, как правило, дополняется застреванием в чувстве гнева и обиды на умершего как на предателя или неизбывным чувством собственной вины перед усопшим. В тех же семьях, где совместная жизнь была в тягость (алкоголики, наркоманы, тяжелобольные, психические инвалиды), смерть «источника всех проблем» может принести видимое облегчение, за которым, увы, часто приходит опустошение, печаль или депрессия.