Для этого придется отфильтровать то, что хочется «сохранить в истории». Но есть много семейных тайн, которые супруги уносят с собой, и никто о них не догадывается. Повторим, одно из качеств брака – интимность. И, излагая свои воспоминания, вдовец, конечно, преобразует реальность, в этом его выбор и его избирательность. Но ведь стремление поделиться опытом – конкретная задача, имеющая цель. Беспристрастно объективных и пунктуально-реалистичных воспоминаний не бывает. И это очень важно: супруг дает в них свой, конечно субъективный, образ своей домашней церкви. Это его право. От этого воспоминания не становятся менее ценными, наоборот, дети и внуки, как посвященные во внутренние тайны (хотя бы отчасти), воспринимают с уважением этот субъективизм как послание, как завет потомкам.
Передача памяти – особая задача, это не происходит автоматически. Напротив, ей нужно посвятить немало времени. Для этого есть множество подсобных средств: письма, фотографии, пленки и картины, сувениры и одежда и т. п. – все это материал для «собирания полотна». Вот этим полотном и предстоит поделиться с потомками.
Но вещи говорят только с теми, кто помнит их смысл и значение. Сами они – просто вещи и не раскрывают своих секретов. Одни вдовцы хранят их, чтобы быть ближе к памяти любимого. Другие стараются от них избавиться, чтобы ничто не напоминало об утрате. И то и другое говорит о значимости вещей: они имеют свойство «запечатлевать» в себе ассоциативные свойства, напоминают людям об их владельце, о времени, обстоятельствах и чувствах.
Воспоминания же, облаченные в текст, имеют еще большую силу. Это сила слова, которая переносит память через десятилетия и даже столетия. Семейные воспоминания – это увековеченная сила любви к семье и к любимым. Это главная мотивация их создания.
Но когда мы говорим о передаче памяти, или, шире, духовного наследия поколения, речь идет не только о тексте; передача памяти – это живое общение, будничное и праздничное. Общение бабушек и дедушек с внуками и правнуками – это двусторонняя мудрость. Рассказывая об усопшем, вдовцы передают любовь и память. Расспрашивая, внуки помогают им прожить и пережить горе и набираются мудрости любви, которая и в горе не перестает.
Значение памяти – в ее способности связывать прошедшее, настоящее и будущее – все три измерения жизни человека, – делая человека частью рода, а не отдельным и одиночкой.
Почитание
Отношение к предкам, тем более ушедшим, бывает разным. Далеко не всегда дети и внуки внимательны к памяти бабушки или дедушки, особенно когда в жизни усопшего были тяжелые эпизоды. Но родовая мудрость настойчиво внушает почитание всех без исключений: любимых и нелюбимых, успешных и неудачников, одиноких и многочадных – всех. Семья должна хранить память о всех. Для этого есть семейные помянники (синодики), кладбища, фотографии. И задача супругов – не только пережить горе потери, но и способствовать почитанию умершего супруга (супруги). Это супружеский долг.
Но почитание – это не пьедестал почета и не семейный алтарь, это отношение к памяти и имени ушедшего супруга. Часто говорят: об усопшем только хорошо или ничего. Но эта максима не для семьи. В семье есть чувство принадлежности, и долг супруги (супруга) – передать внукам такое почитание к умершему, которое полностью соответствовало бы его месту в роде. Этого достаточно. Прадедушка есть прадедушка, и почитание его как отца дедушки не зависит от того, был ли он палачом или жертвой, героем или предателем, алкоголиком или самоубийцей. И передать это отношение – задача, решаемая даже при самых ограниченных возможностях.
Мудрость и миротворчество
Опыт и знание жизни рождают мудрость. Однако она не приходит сама, по достижении возраста или от глубины пережитого. Для мудрости нужен длинный путь разума, начинающийся в юности. И если юноша не ищет мудрости, то к старости набраться ее не успеет.
Чтобы стать мужем и отцом, мужчина должен сначала стать сыном. Иначе не получится. Ведь то, что мужчине необходимо реализовать в ролях мужа и отца, он берет не из воздуха, из книжек или кино. Главный источник его самореализации в семье – отец, чью семейно-родовую модель он принимает как основную. И в этом сын проявляет одно из своих ведущих качеств – он «берущий»: берет отцовскую любовь, отцовскую власть, отцовскую силу, отцовскую социализацию и пытается ее реализовывать. Кто умел брать, сумеет давать – в роли мужа и отца, а затем деда и патриарха.
Мудрость – не просто «интеллектуальные способности выше среднего», но и опыт, рассудительность, смирение и, главное, любовь. Разум без любви – отстраненный интеллект, который никому не нужен. Нравственное резонерство и морализаторство стариков – это не мудрость, а имитация мудрости, которая скрывает пустоту и разочарование своей жизнью.