Жнец крови и пепла (СИ)

Гейб ударил в спину — что ещё ждать от труса и подлеца? Ударил… снова ударил, снова, снова; нож из железа раз за разом вонзался в плоть с характерным влажным звуком. Киара брезгливо поморщилась, жалея, что пока нельзя утереть рукавом теплые брызги с запахом соли и металла.

— Я предал тебя трижды, наглая синтарийская мразь. — Гейб по-прежнему улыбался, в глазах его плескались чернота и безумное торжество. — Выбрал тебя жертвой для госпожи Элриссы. Что ты на это скажешь? Ах, ну да… уже ничего!

Иллюзия развеялась с негромким мелодичным звуком — так звенят хрустальные подвески на старомодных вычурных люстрах. Киара, до этого старательно изображавшая полуразделанный труп деревенского работяги, села на столе и дернула Гейба к себе за ворот рубашки. Руны, что были на Артмаэле, нашлись у него под левой ключицей; полоснув поперек них ритуальным ножом, Киара насмешливо выдохнула прямо в посеревшую физиономию:

— Почему же? Я на это скажу, что ты, тупое ничтожество, предсказуемо вырыл себе яму глубиной до самой Бездны.

И она скучным тоном перечислила:

— Имеем «госпожу Элриссу», а в нагрузку — покушение на имперского магистра в моем дивном лице. Менталку когда дадут?

— Задним числом проведем, — хладнокровно ответствовали из закутка возле раковины под полупридушенное ржание Дальгора.

— «Как нож любит сердце», ой, не могу, тону в пафосе! С вами никакого театра не надо! — заливался коммандер. — А уж декорации какие… Надо сказать, Силва, не знай я заранее, что это всё твоих рук дело — помчался бы спасать свою нерадивую сержантку.

Властелин иллюзий зловеще сверкнул пурпурными глазами в полумраке морга.

— Там, где лгут глаза, должен вещать здравый смысл, — сказал он. — Блэр нипочем бы не подставила спину. Подозрительность — её друг, товарищ и брат. И будь у этого поганого хлыща хоть немного мозгов, он бы уже через полминуты развернулся и сбежал на другой континент.

— О чём ты, Силва? Мозгов там отродясь не было, одно сплошное чванство. На том и погорел, — пробормотала Киара, защелкивая на запястьях Лейернхарта наручники. Под напором ограничителей магия схлынула с некроманта, возвращая чистую голубизну черным глазам и обращая роскошную белую гриву безжизненной мышасто-русой мочалкой. Жалкое зрелище.

— Как ты узнала? — хрипло спросил Гейб, мотнув головой. Казалось, он до сих пор не может поверить, что его распрекрасный план с треском провалился. — Ты… ты не могла знать! Н-нет, нет!..

— Я всё поняла, едва ты забрал из участка железный нож. Хотя следовало догадаться ещё раньше.

Да, определенно следовало. Сама же Киара и подумала когда-то, что во всех этих убийствах есть нечто личное. И вот оно: Элриссу на неё натравил именно Гейбриел.

Предал её трижды.

— К-куда ты меня тащишь?

— В допросную, вестимо. Шевелись, шлюхино отродье!

Следом за ними потек, по-другому не скажешь, эфемерный полудемон. Силва явно был настроен, не откладывая в долгий ящик, выпотрошить ущербную головушку Гейба. Коммандер Дальгор зашагал рядом, лучась таким радостным самодовольством, будто ему только что присвоили звание генерала.

— Ну, как ощущения? — спросил он, когда Киара протащила Гейба окружным путем, выставив на потеху шумно толпящимся неподалеку боевикам. Те дружно замолкли и теперь изумленно глядели на их процессию, пооткрывав рты. Ещё бы, ведь лорда Лейернхарта многие знали в лицо.

— Не так здорово, как мне воображалось.

Она могла лишь дивиться собственному равнодушию — после стольких-то лет, проведенных в ожидании мига, когда наконец можно будет унизить и прикончить белобрысую сволочь.

Ничего удивительного. Сейчас Киару волновала Элрисса, и только она. То ли у неё крыша ехала от постоянных кошмаров, то ли фиксация нежити на создателе постепенно давала обратную связь, однако в голове денно и нощно крутилась одна мысль: тварь должна исчезнуть из мира живых. Нечего ей тут и дальше изображать второе пришествие Адельдора Кровавого.

И уж точно нечего дышать на чужого Марка. Посягательств на то, что в том или ином роде считала своим, Киара категорически не терпела. Да, в тот раз Элрисса ничего не сделала, но кто ж знает, что за мерзкая идея в следующий миг возникнет в этой инфернальной башке? Положительно, не стоит давать время и простор её фантазии.

Гейб безропотно позволил отволочь себя в допросные. Но стоило его высокородной заднице приземлиться на видавший виды казенный стул, как он уверенно выдал:

— Я ничего не скажу.

— Естественно, — пожала плечами Киара, устроившись напротив него. — Мы с Силвой тут как раз для того, чтобы ты заговорил.

Но тут и без Силвы было несложно разобраться. Слабак Лейернхарт не терпит боли. Запоет птичкой, стоит лишь сломать ему палец; о более серьезных увечьях и говорить не приходится.

— Нет, ты не понимаешь. — Гейб нервно облизал губы. — Я ничего не скажу, даже если… что бы вы ни делали. Не смогу.

— Это мы ещё посмотрим…

— Обожди, Киа, — перебил менталист. — Крысеныш правду говорит. Тварь что-то навертела у него в мозгах. Не могу назвать это именно ментальной магией… одновременно похоже и непохоже на заклятие подчинения.

— И что, допросить его никак?