Журнал `Компьютерра` N731

Социально-экономическая теория Маркса отвечает всем требованиям фальсифицируемости, поскольку содержит в самой себе огромное количество предсказаний исторических событий, каждое из которых вполне можно рассматривать в качестве опровергающего эксперимента: не случись данное событие, теорию можно было бы спокойно объявить ошибочной. Собственно, так и произошло - по этому критерию марксистская теория не выдержала испытания на универсальную применимость. Интересное началось потом - последователи этой теории, которым чрезвычайно нужно было, чтобы она оказалась истинной, стали "дорабатывать" ее в направлении сближения ее выводов и реально наблюдаемых на практике процессов. В результате теория "навечно" осталась нефальсифицируемой, следовательно, псевдонаучной и без малейшей возможности проверки истинности ее положений.

Вот это - еще одно важное положение. Теории не существуют "в безвоздушном пространстве глубокого космоса". У них есть авторы и сторонники, для которых само существование той или иной теории может быть выгодным, исходя из каких-то соображений. В результате теория может быть сознательно построена (сформулирована) так, чтобы максимально затруднить проверку ее истинности. Сюда можно отнести весь спектр оккультных "наук", астрологию и т. п.

Теорию - на свалку

Автор: Ваннах Михаил

Наука - не говоря уже о фальсифицировании теорий - феномен сугубо специфический, принадлежащий европейской иудео-христианской цивилизации. И возникший достаточно поздно - в Новое время, когда Европа стала лидером глобальной экономики.

Эпоха географических открытий

Вообще-то, такое случалось и раньше. Гдето на рубеже VI и V веков до Х.Э. карфагенский сенат снарядил шестьдесят галер с тридцатью тысячами "пассажиров" для основания поселений на западном берегу Ливии, ныне Африки, под началом Ганнона.

Пройдя между столпами Мелькарта, верховного бога города Тира, ныне Геркулесовыми столбами - ведь в схватке за лидерство морских держав на Средиземноморье, победителем стал Рим с его Геркулесом, - флот вышел в Атлантику. Открыв мимоходом один из Канарских островов, Ганнон пошел вдоль Африки, одновременно все больше вторгаясь в область небылиц. Его мореходы поймали (подозреваю, что для традиционных матросских утех) трех волосатых женщин, которых из-за их драчливости пришлось вскоре порешить.

Ну где это видано?! Кто в это поверит, хотя отчет о плавании Ганнона и был высечен на мраморных плитах в карфагенском храме Ваала Молоха, того самого, который очень любил жертвы в виде младенцев!

Сварливых дамочек видели многие. И многие видали матрон с гусарскими усами. Но полностью волосатых… И перешел "рапо' рт Ганнона" в разряд ненаучной фантастики. И фигурировало повествование о его плавании среди приключенческих повестей даже тогда, когда шимпанзе - более сильные, чем накачанный галерный гребец, - стали хорошо известны посетителям зоопарков.

Чуть ближе к нашему времени… Отец и истории, и географии Геродот, выходец из богатой купеческой семьи в малоазийском Галикарнасе (484-424(?) гг. до Х.Э.). Вот приводимый им рассказ о плавании финикийцев, совершенном в Саисскую эпоху по приказу фараона Нехо приблизительно в 600 г. до Х.Э. Финикийцы обошли Африку от Красного моря до дельты Нила. В это Геродот верил, но… "Рассказывают также, чему я не верю, а другой кто-нибудь, может, и поверит, что во время плавания кругом Ливии финикияне имели солнце с правой стороны".[Геродот. История. IV, 38. То есть, идя из Красного моря к Гибралтару, финикийцы обогнули мыс Доброй надежды имея солнце СПРАВА, так как находились в Южном полушарии.] Не верит в это Геродот. В отличие от достоверных, не вызывавших сомнений сведений о том, "что все люди, к которым они приходили, были волшебниками". Опять отплытие в страну сказок. Запомним и это.

Еще ближе… Греческая колония Массилия, современный Марсель. В 340 г. до Х.Э. из гавани выходит одинокий корабль Пифея. Он идет в Атлантику, но не к югу, а к северу. Мимо Иберии, от мыса Финистерре к Касситеридам, Оловянным островам (в существовании которых Геродот, кстати, сомневался), к Альбиону и дальше к северу, в край мифов. И ладно бы, правдоподобных - вроде счастливых гиперборейских имений Аполлона. Так нет - вообще бредовых. Мест, где день удлинялся, а ночь была не больше двух часов. Краев, где, по словам Пифея, "не было ни моря, ни земли, ни воздуха". Ultima Thule, проще говоря! Репутация Пифея после возвращения с такими рассказами стала у трезвых массилийских торговцев столь же респектабельной, какую приобретет современный бизнесмен, зашедший к партнеру взять на реализацию товару на несколько лимонов европейских и рассказывающий, что давеча, после хорошей понюшки кокса, сдобренного парой флаконов текилы, славно пообщался с инопланетянами или Мировым Разумом.