Зимние волки полуночи

Судя по всему, наш символ и был типичным представителем письма Вьенна. Сложный, состоящий, казалось, из одних завитушек и переплетений, он ярко полыхал на темной земле, подпитываемый источником, которого я не ощущала. Но источник был, к тому же довольно сильный, иначе бы вязь так не пульсировала.

Впрочем, сейчас это не важно. Главное — символ. Как же он называется? Лита, вспоминай, отец недаром тебя учил…

— Это руна «жизнь», — избавив меня от тяжких раздумий, определил Роллон. Я удивленно воззрилась на него.

— Ты знаешь этот язык?

— Что удивительного? В мое время он был самым распространенным, — Зимний волк спокойно пожал плечами. — Не знаю, почему потом его забыли, заменив на другие языки, более примитивные, которые не способные передать все краски мира и оттенки эмоций.

— А Вьенна может?

— Может, — совершенно серьезно кивнул Роллон. — Это язык мира, а баллады, написанные на нем…

— Никогда не слышала.

— Сходи к эльфам, они еще не забыли, что такое настоящий язык мирозданья. Послушай их баллады, они удивительны. К сожалению, в Гантроте на Вьенне никто не говорит — считают его слишком сложным для повседневного общения.

— Ладно, давай вернемся к руне, — внесла я конструктивное предложение и повернулась к служанке. — Почему ты так визжала?

— Я… я стояла у озера, любовалась водой… и это начало возникать у меня прямо под ногами, я еле успела отскочить. Между прочим, горячая была…

— Иди успокойся, — мягко сказал Роллон, отсылая слегка испуганную и ничего не понимающую девушку в замок. Да уж, теперь у прислуги тем для разговоров полно, за месяц все не изговорить.

Я заинтересованно присела на корточки, отчего белая ткань платья мигом испачкалась в грязи, и задумчиво провела над узором ладонью, пытаясь считать образы. Ничего. Только ощущение какого-то пьянящего восторга и предвкушение, оставившее отпечаток в руне. Но этого мало.

— Что это могло быть?

— Не знаю, — по голосу было слышно, что Роллон говорит правду. — Хотя предположения имеются… пойдем в библиотеку, мне нужно удостовериться в своих догадках. Надеюсь, что я все-таки ошибаюсь.

— Может, поделишься мыслями?

— Сначала я должен получить им подтверждение, — мужчина отрицательно качнул головой, перемещая нас обоих в библиотеку. Я недовольно поморщилась — телепортацию он делал явно второпях.

Жестом указав мне на свободное кресло, он поманил пальцем тяжелый том, стоящий на верхней полке одного из стеллажей. Тяжелая книга в драгоценном, усыпанном камнями переплете, послушно легла ему в руку, раскрывшись на нужной странице. Роллон вчитался, и пока он читал, я с интересом рассматривала его меняющееся лицо. Сначала заинтересованное, с каждой новой прочитанной строчкой оно становилось все более хмурым.

— Я так и думал, — с горечью и досадой в голосе сказал он, кладя книгу прямо передо мной. — Посмотри.

Я придвинула книгу ближе к себе, чуть коснувшись кончиками пальцев бархатистой на ощупь бумаги, совсем не потемневшей от времени. Цвета слоновой кости, она сохранила свой благородный оттенок до сих пор, и понятные письмена не стерлись. Все было написано словно вчера, и, к счастью, не на Вьенне. Странно… в Эллегионе и Гантроте был тот же язык, что сейчас в Ателлене? Надо будет потом спросить у Роллона, почему он совсем не видоизменился со временем, даже обороты такие же.

Но главным сейчас было совсем не это. На развороте, который мне открыл Зимний волк, я прочитала написанный большими буквами заголовок «Древо мира». Ниже шел небольшой кусочек текста, в общих словах описывающий ситуацию и понятие, а затем шли изображения пяти рун с краткими комментариями. Читать описание я не стала — прекрасно знала его и так, понятие Древа мира мы проходили в самом конце года, так что материал лекций еще не успел стереться из памяти. И как я сразу не поняла? Наверное, не могла себе представить, что кто-то решится вызвать Древо мира здесь, в городе, стоящем не лезвии ножа.

— Ты знаешь, что это такое, или тебе рассказать подробнее? — спросил Роллон, увидев задумчивость на моем лице.

— Знаю, — я кивнула. — Древо мира на самом деле существует лишь в Астрале или в Канве — более глубоком слое, подвластном богам. Только там оно — настоящее, обладающее всеми свойствами и гигантской силой, сосредотачивающее в себе пять основных составляющих мира. Иногда, в критической ситуации, маг может вызвать его подобие, расположив пять компонент на сильнейших, обладающих огромным силовым потенциалом, точках и проведя специальный обряд. Вызывая древо, он получает силу, необходимую для чего-то грандиозного, но тем самым он отнимает силу у этих точек, необходимую для его подпитки. Вообще, Древо мира используется довольно редко и в исключительных случаях — насколько я знаю, последний раз в Ателлене его вызывали четыреста лет назад для того, чтобы закончить чудовищную войну кланов, разразившуюся между вампирами. После вызова Древа маги Ателлена пять лет не могли колдовать — мощнейшие источники маны столицы были пусты.