Знак Вопроса 1998 № 03

Таким образом, получается, что в зависимости от возраста мы учим язык, опираясь на различные особенности мышления. Ребенок в раннем возрасте выучивает язык как бы автоматически, опираясь на все свои чувства — зрение, слух, осязание и т. д. Тогда оба языка смешиваются в зоне Брока, оба языка являются родными.

А вот взрослый человек осваивает второй язык уже на основе грамматики, семантики и т. д. Зона Брока у них уже отдана родному языку и второму негде разместиться, для него приходится вырабатывать новую зону.

Ну так что происходит с зоной Брока у тех полиглотов, которые знают сразу множество языков? До какого предела она может размножаться? Существует ли предел такому делению? Джой Гирш вскорости надеется получить ответы и на эти вопросы.

ГЕННАЯ ТЕРАПИЯ

Методы генной терапии занимают все большее место в современной медицине. Они дают надежду на избавление от болезней, которые до сих пор являются неизлечимыми. Сегодня мы хотим рассказать вам о некоторых патентах, уже готовых к внедрению в практику.

Этой области медицины и биотехнологии немногим более 10 лет от роду. Тем не менее за ней уже значатся кое-какие достижения. Главное ее предназначение состоит в том, чтобы исправить неправильное функционирование больного организма путем замены в нем патологически измененных генов нормальными, здоровыми.

Понятное дело, такое лечение может быть применено к так называемым генетическим заболеваниям — то есть таким, в основе которых лежат как раз генные дефекты.

Замена одного гена другим в принципе может быть осуществлена двумя разными способами. Первый состоит в том, что клетка с генными нарушениями извлекается из организма и в лабораторных условиях над ней проводится операция по замене одного гена другим, после чего данная клетка снова имплантируется в организм.

На первом этапе генной терапии большинство исследователей пользовалось именно этим способом. Однако впоследствии выяснилось, что вылечить клетку можно, и не выделяя ее из организма. Согласитесь, так намного проще, а кроме того, снижается риск повреждения самой клетки во время ее пересадки.

Именно таким путем пошел доктор Уильям Келли и его коллеги из Мичиганского университета доктора Томас Толлела и Мирон Левин еще в 80-е годы. Они разработали метод генной терапии in vito, то есть непосредственно в живом организме, и подали заявку на получение соответствующего патента.

Обычно срок рассмотрения заявки не превышает 2–2,5 лет. Однако данную заявку в патентном ведомстве изучали 10 лет, и лишь недавно было принято наконец положительное решение.

Причина такой задержки — в известной рискованности того метода, который предлагает доктор Келли и его коллеги. Ведь суть их метода сводится к тому, чтобы использовать для доставки нужных генов в живые клетки… вирусы. Да-да, тех самых возбудителей насморка и других болезней, только соответствующим образом модифицированных.

Работа в данном случае разбивается на несколько последовательных этапов. Сначала в вирусах простудного насморка инактивируются гены, отвечающие за патогенность данного вируса, то есть он обеззараживается. Однако, перестав быть переносчиком болезни, вирус сохраняет свою инфекционность, то есть способность проникать в клетки живого организма.

На втором этапе в обезвреженный вирус встраивается ген, который необходимо поместить в больную клетку вместо недостающего или патологически измененного. В этом как раз и состоит генная терапия.

И наконец, на третьем этапе вирусу предоставляют возможность проникнуть в человеческий организм, неся с собой модифицированные гены.

Преимущества этого метода заключаются в том, что вирусы не теряют способности размножаться в клетках, а стало быть, в скором времени модифицированные гены будут распространены по многим клеткам организма. Однако в этом же заключается и рискованность данного метода — а вдруг при модификации вируса сделана какая-то ошибка. И она затем будет размножена в массовом порядке…

Вот почему заявка рассматривалась столь долго и тщательно. Тем не менее эксперты в конце концов пришли к выводу, что риск тут примерно такой же, как и при использовании живых вакцин против полиомиелита. Тем более что в настоящее время уже накоплен кое-какой опыт по лечению подобным методом разных заболеваний.

В частности, доктор Келли и его коллеги представили доказательства, что подобный метод весьма эффективно используется для лечения тяжелейшего заболевания легких — пузырчатого фиброза. Нагруженный нормальными генами, обезвреженный вирус простудного насморка проникает в клетку больного легкого и в конце концов исправляет тяжелейший наследственный дефект.