Золотая Орда. Монголы на Руси. 1223–1502

Следствием обращения в ислам Берке и его супруги явилось приобщение к «учению пророка» и многих эмиров империи, которые, судя по их именам, были исключительно одними монголами, о чем хан не замедлил уведомить Египет. Когда в то время большие по численности войсковые части Золотой Орды, находившиеся до той поры в распоряжении Хулагу, прибыли в Каир, они тоже сразу же приняли ислам. В отличие от них перешедшие двадцать лет спустя на сторону Египта воины ильхана долго не могли решиться на этот шаг.

Несмотря на столь быстрый прогресс в распространении мусульманской веры среди татар, развитие государства в этом вопросе не шло по единому пути.

Довольно много монголов и тюрков не стали следовать примеру своего правителя, упорствуя в своем пребывании в шаманизме или продолжая придерживаться христианской веры, как, например, один из племянников хана. Он являлся наместником в одной из областей империи и по подозрению в принадлежности к сторонникам великого хана Хубилая был убит по указанию Берке.

Можно было бы предположить, что ислам насаждался в империи не один десяток лет, поскольку все наследники Берке остались приверженцами именно этой религии. Но это не совсем так. Мусульманские изречения отчеканили на своих монетах уже Менгу-Тимур, а также Туда-Менгу. Конечно, по одним только надписям на монетах нельзя судить о религиозной принадлежности правителей, их отчеканивших, однако, судя по посланиям в Египет последнего из названных ханов, он хорошо знал основы учения пророка.

Из-за отступлений в вопросах исполнения религиозных обрядов у ханов нет ничего удивительного в том, что татары какое-то время оставались расколотыми в вопросах религии. Наиболее сильные позиции, естественно, продолжал удерживать шаманизм.

Даже Берке уже после принятия ислама для разрешения разногласий с Хулагу в свою пользу обратился за помощью к шаманам. И тогда, когда города уже полностью или хотя бы частично стали мусульманскими, имеющиеся источники по-разному сообщают о роли в них шаманов, а порой и буддистских священников. Например, сообщалось об их изгнании после восхождения на трон Орды хана Узбека в 1313 году.

Однако при упоминании о буддистских священниках, судя по всему, речь шла о монахах-посланцах. По крайней мере, сведения о том, что буддизм играл в Золотой Орде какую-то роль, отсутствуют. В любом случае этого не позволили бы тесные отношения с Египтом, хотя при проведении раскопок мест обитания монголов на Руси и было обнаружено несколько буддистских, а также джайнистских[258] статуэток.

Куда более важную роль, даже после обращения Берке в ислам, играло христианство. Кроме Сартака известны и другие принцы, исповедовавшие учение Спасителя.

Ортодоксальной (православной) религии придерживалась также супруга Тохты, а позже жена Узбека византийская принцесса Баялун. Конечно, в Сарае чисто внешне она старалась вести себя согласно канонам ислама. Но по приезде домой в Византию Баялун сразу же скинула с себя эту маску.

Сам Тохта был приверженцем шаманизма, а его рано умерший сын исповедовал ислам. Христианства долгое время продолжали придерживаться и нижние слои татаро-монголов. Найден целый ряд надгробных камней татар и тюрков, выполненных в духе христианства и относящихся к 1276–1320 годам. О принадлежности к христианству говорят и выбитые на них имена с добавлением слова «татарин».

Определенное распространение в Орде, особенно в Крыму, получил и «футюва» – мужской союз[259] шиитского толка.

В этот союз принял кыпчаковских посланцев еще мамлюкский султан Бейбарс в 1261 году. Его развитию способствовали также купцы из Малой Азии, где находилась главная резиденция данной религиозной организации.

Таким образом, религиозные воззрения татарского народа не были едиными, когда в 1313 году после своего восхождения на ханский трон Узбек принял ислам. И показателем положения дел с религией в то время явился тот факт, что он не стал принуждать своих эмиров следовать его примеру.

Конечно, большинство из них и так уже были мусульманами, в том числе и Ногай, самый влиятельный из всех эмиров. Ногай еще в 1270–1271 годах принял учение пророка. Но среди его воинов до самой смерти Ногая в 1299 году ислам так и не стал единственной религией.

Узбек, действуя из интересов мусульманской веры, несмотря на все свои прежние заверения, изгнал шаманов и буддистских священников. Хан даже сообщил в Египет, что начал принудительное обращение в ислам, что не оставляло упорствовавшим в своих религиозных взглядах иного выхода, кроме эмиграции. Учитывая, что все последующие ханы были мусульманами, учение пророка Мухаммеда в Орде очень скоро стало главенствующим.

Однако татары не во всем строго следовали предписаниям исламских законов, особенно в вопросах приема пищи. Арабский язык, как язык культовых обрядов, тоже не стал главенствующим. Намазы (молебны) читались в и тюркском переводе, а наряду с арабскими исполнялись также персидские и тюркские песни.