Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

Союзники были заинтересованы втянуть Португалию в войну, и в таком случае английский и голландский флоты могли бы беспрепятственно использовать Лиссабон в качестве военно-морской базы для войны в Средиземноморье. Дон Педру в обмен на присоединение к альянсу мог потребовать каких-то преференций для своего королевства. Союзники обязались изгнать из Испании короля Филиппа Анжуйского из династии Бурбонов и посадить вместо него на трон эрцгерцога Карла, кандидата Габсбургов. Великобритания и Голландия также обещали оказать существенную помощь португальской армии людьми и финансами. Эрцгерцог Карл неохотно дал согласие уступить Бадахос и другие прифронтовые города в Европе и Сакраменто с окрестностями на северном берегу реки Рио-де-ла-Плата в Южной Америке. Два политических договора, заключенные в мае 1703 г., были дополнены в декабре важным англо-португальским торговым договором, известным как Договор Метьюэна, по фамилии английского дипломата Джона Метьюэна. Англия соглашалась на импорт португальских вин, которые отныне облагались меньшим налогом, чем французские, а Португалия отменяла ограничения на импорт английской шерсти.

Как Португалия, так и ее заморские колониальные территории были совершенно не готовы к войне. Никто в стране и предвидеть не мог, что может начаться война после тридцати пяти лет мира. Она была непопулярна среди простого народа. Все еще помнили жертвы, принесенные в результате военных действий с Испанией (1640–1668) и Голландией (1600–1663). Королевская власть была плохим казначеем, и если она и платила своим солдатам, то они получали едва ли половину обещанных денег во время этих двух войн. Представителей низших классов страшила перспектива военной службы, которые шли на все, чтобы избежать ее. Многие люди калечили себя, другие старались обзавестись церковным или иным установленным законом иммунитетом. Были такие, кто выдавал себя за единственного сына бедной вдовы или за несовершеннолетнего.

Иные симулировали сумасшествие или притворялись заразными больными. Один наглый, но не лишенный чувства юмора гражданин даже заявил, что он по происхождению чистый еврей, и по отцу и по матери, чтобы отделаться от настойчивого сержанта-рекрутера.

По общему признанию, боевые способности отважных португальских пехотинцев оставались неизменными. Тридцатью пятью годами ранее граф Шомберг так с похвалой отзывался о них: «Несмотря на то что часто приходится понуждать их выйти на поле битвы, но, оказавшись там, они сражаются просто великолепно». Это замечание показывает, что им были необходимы хорошие командиры, но таковых после стольких лет мира в португальской армии, тем более среди старших офицеров, было явно мало. Военно-морской флот был в еще худшем состоянии: на протяжении длительного времени он плохо финансировался, и не хватало подготовленных офицеров и матросов. В Португалии было настолько мало моряков с опытом дальнего плавания, что набрать команду для двух или трех торговых судов Ост-Индской компании, которые каждый год отплывали из Лиссабона в Гоа, было крайне трудно. Даже корабли бразильского флота часто отправлялись в рейс с неполным экипажем.

Правда, португальская армия и союзные войска смогли два раза взять Мадрид, но в каждом случае их триумф был кратковременным. После полного разгрома при Альмансе в 1707 г. плохо координирующие свои действия союзники так и не отвоевали Кастилию для Карла, хотя Каталония оставалась лояльной австрийскому эрцгерцогу вплоть до конца войны. Франко-испанские войска неоднократно опустошали большие области Португалии. Бедствовавших крестьян часто обирали свои же плохо оплачиваемые и недисциплинированные солдаты; тем же занимались английские и голландские «еретики и пьяницы», которые часто останавливались у них на постой.

Португалия в итоге не смогла за счет заморских территорий восполнить свои материальные ресурсы и потери в живой силе, понесенные в результате войн, опустошавших Иберийский полуостров. Пограничный пост Сакраменто были вынуждены отдать испанцам из Буэнос-Айреса. Но гарнизон и поселенцы колонии смогли пробиться на корабли, посланные в 1705 г. за ними для их эвакуации. Французские корсары преследовали португальские корабли в восточных морях от Мозамбика до Макао. Французы совершили набеги на острова Принсипи (1706) и Сан-Томе (1709) в Гвинейском заливе, сожгли небольшой городок Бенгела в Западной Африке (1705) ив 1712 г. разграбили Сантьягу-де-Кабу-Верде. Основной удар, однако, французы нанесли по Бразилии. Город Рио-де-Жанейро рассматривался ими как многообещающий желанный трофей, через порт которого шел золотой поток с приисков Минас-Жерайса.