Золотой век Венецианской республики. Завоеватели, торговцы и первые банкиры Европы

После одной особенно тяжелой стычки, в которой были ограблены несколько венецианских галер, венецианцы послали большой флот из военных галер с караваном, который в 1294 году отправлялся на Кипр и в Армению; очевидно, они надеялись повторить то, что они совершили в Акко в 1258 году. По пути венецианцы захватывали или уничтожали генуэзские владения на Кипре. Когда слухи о бесчинствах венецианцев достигли живших в Пере генуэзцев, те вооружили корабли и, призвав всех, кого могли собрать в Романии, направились в «заморские земли». К тому времени, как они догнали венецианцев, последние вышли из Айаса. У венецианцев было больше кораблей, они не ожидали нападения и шли с поднятыми парусами, отчего кораблям труднее было маневрировать. Кроме того, венецианские суда были нагружены товарами. Многие корабли сталкивались и разворачивались боком к носам вражеских кораблей. Генуэзцы одержали полную победу, захватив почти все корабли и весь товар.

Воодушевленные успехом, генуэзцы повели вторую войну не так, как первую. Теперь они, как венецианцы в 60-х годах XIII века, стремились побеждать в сражениях. В 1295 году генуэзцы вооружили крупнейший к тому времени флот, 165 галер, на которых насчитывалось 35 тысяч человек. Венецианцы также подготовили большой флот и провели мобилизацию, но не стремились к битвам. Генуэзский флот бросил венецианцам вызов и добрался до самой Мессины, но, прождав какое-то время, вернулся домой ни с чем. Разочарованные такими избыточными усилиями, генуэзцы начали сражаться друг с другом и в 1296 году никакого флота не выслали. Венецианцы же снарядили военную эскадру, которая совершала набеги на Перу, Фокею и Кафу. Противники не охраняли торговые караваны; и Венеция, и Генуя использовали свои флоты для того, чтобы нападать на колонии противника. Во Второй Генуэзской войне венецианцы пиратствовали не меньше генуэзцев, а венецианское правительство больше заботилось о том, чтобы вооружение, оплаченное ими, окупилось.

После нескольких неудачных попыток в 1298 году генуэзцы все же вынудили венецианцев пойти на рискованное морское сражение. Генуэзский флотоводец, Лампа Дория, бросил венецианцам вызов, напав на побережье Далмации. Два флота сошлись у острова Корчула (Курцола). Сражение стало самым крупным до тех пор между двумя соперниками: около 90 венецианских кораблей против 80 генуэзских, причем с обеих сторон в сражении участвовали хорошо вооруженные военные галеры. Летописи того времени сильно различаются в описании событий, но сходятся в одном: генуэзцы превосходили в искусстве судовождения, маневрировании и храбрости. Они захватили большинство венецианских галер и несколько тысяч пленников.

Победа в битве принесла генуэзцам не больше выгоды в войне, чем военные победы, одержанные венецианцами ранее. Потери Дории оказались такими большими, что он не смог следовать дальше и напасть на Венецианскую лагуну. В отсутствие блокады Венеция на следующий год оснастила новые эскадры. Более того, Доменико Скьяво, венецианский пират, командовавший несколькими кораблями, уцелевшими после битвы при Корчуле, поднял дух своих соотечественников, совершив неожиданный налет на саму Геную. Он хвастал, что бросал монеты с изображением святого Марка с волнолома Генуи. На следующий год Венеция и Генуя заключили мир на условиях сравнительного равенства.

Если Доменико Скьяво в самом деле мог бросать дукаты с волнолома в гавани Генуи, то только потому, что он использовал как базу близлежащее Монако, княжество, которым в 1297 году овладел Франческо Гримальди, глава генуэзских гвельфов. Семьи Дориа и Спинола, главы партии гибеллинов, захватившей власть ранее, довели аристократов-гвельфов до открытого восстания, конфисковав и продав их имущество. После поражения при Корчуле Венеция заключила союз с генуэзскими гвельфами в Монако. Именно боязнь внутреннего врага, гвельфов, а также уважение к власти Венеции заставили правителей Генуи согласиться с условиями мирного договора, согласованными в 1299 году.