Золотой век Венецианской республики. Завоеватели, торговцы и первые банкиры Европы

Действия флота в этих последних войнах с турками редко имели решающие последствия, однако были отнюдь не ограничены в размере. Во Второй Морейской войне, например, когда галеры и армия нападали на Ульцинь, венецианская флотилия парусных судов стояла на якоре близ южной оконечности Греции, чтобы удерживать турецкий флот. Выполняя свою задачу, флот понес тяжелые потери в Битве при мысе Матапан в 1718 году. Занятые в войне флотилии были гораздо больше, чем во время знаменитой победы Нельсона над французами в заливе Абукир в конце века, а именно: при Матапане: венецианцы – 26 кораблей, 1800 пушек, 1824 убитых и раненых; турки – 36 кораблей, 2 тысячи пушек, количество убитых и раненых можно установить лишь приблизительно, но, судя по нежеланию турок возобновлять бой, можно предположить, что их потери были не меньше, чем венецианцев; в заливе Абукир: англичане – 14 кораблей, 1212 пушек, потери составили 895 человек; французы – 14 кораблей, 1206 пушек, потери, по приблизительным подсчетам, – 3 тысячи человек.

Конечно, на океанах и раньше проходили более масштабные морские сражения: французы в 1690 году собрали 75 кораблей и разбили англичан у мыса Бичи-Хед в Ла-Манше. На следующий год англичане, жаждавшие реванша, собрали примерно столько же судов и одержали ответную победу.

Корабли, командиры и команды

Все суда, о которых говорилось выше, принадлежали к типу, называемому «линейными кораблями». В годы войны за Крит военно-морская архитектура и тактика завершили приспособление к артиллерии. В то время как Венеция сражалась со старым врагом, новые морские державы, Англия и Голландия, сражались друг с другом и в процессе разработали тактику и характеристики линейного корабля. Они сражались колонной, первый ряд впереди, что позволяло каждому судну производить бортовые залпы по противнику. Из галеона развился тип корабля, зависевшего только от парусов, который считался достаточно сильным, чтобы занять место в этом строю. Он был крепко сбит, с относительно низким ютом, большими орудиями на двух или трех палубах и улучшенными топами, благодаря которым на нем было легче управляться. В то время как на галеонах, которые Венеция применяла в войне против герцога Осуны около 1620 года, устанавливали всего 20–30 пушек, многие линейные корабли, использованные в последних войнах с турками, несли на себе более 70 орудий.

Однако в Средиземном море галеры по-прежнему играли решающую роль благодаря их способности двигаться в то время, когда парусные суда двигаться не могли. Если корабль оказывался полностью заштилен, галера могла избежать бортового залпа и нанести серьезный ущерб, стреляя по нему из пушки, установленной на носу. Более того, в безветренную погоду турки имели возможность регулярно доставлять припасы своей армии на Крит, если бы у венецианцев не было галер, способных противостоять турецким галерам. В то же время галеры довольно часто вынуждены были покидать места стоянки, где блокировали проходы, чтобы пополнить запасы пресной воды и избежать штормов.

Применение галер совместно с парусниками было характерно для Критской войны и затем усовершенствовалось, насколько это было возможно. Когда галера и галеон объединялись, галера зависела от пушек галеона, которые защищали ее, а галеон зависел от галеры, которая буксировала его на позицию. Вместо флотилий, идущих под парусами параллельными курсами и обменивающихся бортовыми залпами, они обычно шли на одной линии, как при Лепанто. Капитан каждого корабля старался воспользоваться преимуществом, когда заходил с наветренной стороны противника. Тогда он мог либо атаковать, либо уйти от столкновения. Галеры обычно буксировали корабли на позицию с наветренной стороны, выравнивали линию фронта или спасали судно с пробитыми снастями. С усовершенствованием артиллерийского дела все меньше кораблей брали на абордаж, что достигло своего апофеоза при Лепанто. Дни и ночи проходили в артиллерийских обстрелах, иногда со смертельно близкого расстояния, но чаще издали, нарушая боевой порядок.