Звездный легион смерти. Пленных не брать!

Но в один ясный день все резко изменилось. Всколыхнувшись, с одной из стен на землю соскользнула маскировочная сеть, открывая темное отверстие рукотворной пещеры. Недовольно рыча мотором, подслеповато щурясь маленькими фарами, из пещеры осторожно выползла огромная восьмиколесная машина с пакетом толстых труб-направляющих, установленных на полуприцепе. На одной далекой планете ее в свое время назвали реактивной системой залпового огня. Или «Ураганом». Выехав на небольшой, но ровный скальный язык возле пещеры (который там оказался, разумеется, ну совершенно случайно), машина развернулась, остановилась и начала выпускать опоры. Вокруг нее упорядоченно засуетились солдаты. Офицер, выскочив из кабины с какой-то плоской коробкой размером с книгу, отбежал на десяток метров, остановился и начал крутить верньеры и нажимать кнопки на ней. Через минуту он развернулся и побежал обратно, придерживая одной рукой фуражку. Пользоваться подбородочным ремнем не позволяли неписаные правила армейского шика. Добежав до установки, командир стал что-то говорить солдатам, тыкая пальцем в прибор. Пакет направляющих поднялся и слегка развернулся. Все, кто стоял около установки, дружно рванули обратно в пещеру. Вновь стало тихо и пустынно, как и несколько минут назад. Лишь машина с приведенной в боевое положение пусковой нарушала привычный горный ландшафт. Вдруг с ревом из толстых труб-направляющих стали стартовать ракеты. Все вокруг заволокло дымом, сквозь который изредка прорывались вспышки огня. После шести пусков все стихло. А еще через две минуты только клочья рассеивающегося дыма указывали, что тут что-то было. Ни людей, ни «Урагана», ни следов запуска ракет. Даже отверстие в скале так же прикрыто и замаскировано.

– Впечатляет. Не видел бы сам – не поверил бы. И воздушная разведка ничего не засекла.

– Мы старались.

– А если будет бомбардировка? Уцелеете?

– Думаю, да. Дальше в горе вход перекрывается заслонкой.

– А если вход завалит?

– Есть два запасных: один выходит в эту же долину, только в другом конце, а еще один выходит в ущелье, через него эту дуру и затащили. Правда, тот выход аккуратно завален, но открыть его изнутри можно легко.

– А внутри как?

– Без излишеств. Казарма, два склада и гараж. Все делали быстро, в спешке. Комфорта никакого, но жить можно. Нам не привыкать, приходилось жить и в гораздо худших условиях. А здесь – почти курорт. Горы, воздух, ручей рядом. Внутри тепло, светло, сухо. И скучно. Кстати, результаты стрельб пришли?

– Секунду… Да. Ракеты ушли на три градуса восточнее, кучность удовлетворительная. Подправь данные в компьютере. Кстати, а что это твой офицер для расчета параметров из кабины убежал?

– Привычка у него такая.

– Да? Ладно. Он с баллистическим планшетом как, нормально освоился?

– Вполне. Ему же не надо знать, что у него внутри и как он работает. Он просто вносит внешние данные – координаты цели и метеорологию. Данные ракет и его собственные координаты там уже забиты. И снимает угол подъема и направление.

– И сколько у вас таких вот укрытий?

– Восемь. Шесть основных и два про запас. Все, что успели. Расположены они по кругу с центром в Михайловске, зоны обстрела частично пересекаются. Если все рассчитали верно, то огнем из таких вот укрытий мы можем контролировать почти все основные дороги. А с учетом систем наблюдения и ретрансляторов Киллеана мы можем вести огонь прицельно… ну, почти прицельно. В общем, сюрприз кому-то будет.

Рассмеявшись, два человека в камуфляжной форме развернулись и пошли вниз с небольшого гранитного карниза в нескольких метрах от дна долины к ожидавшему их вертолету. Они были похожи, как братья: одинаковое телосложение, короткая стрижка, уверенная и одновременно осторожная походка, один тип лица. Даже волосы – одного цвета. Отличались лишь эмблемой на рукаве формы: у одного – шеврон сил обороны Заимки, у другого – «шестеренка» «501-го легиона». И еще даты и места их рождения отстояли друг от друга почти на тысячу лет и десятки световых лет: один родился в 1946 году на Земле, в небольшом городе на Днепре, другой в 2984 году на Малой Заимке, в Михайловске…

На Малой Заимке весна, как всегда, прошла быстро. Дни стали солнечными, исчез снег, еще вчера покрывавший все вокруг. Даже пронзительные зимние ветры утихли как-то сразу. Но радости от этого не ощущалось никакой. Вся планета чувствовала, что мирное время стремительно утекает.

Силы самообороны и наемники-«легионеры» трудились не покладая рук. Убежища, склады, схроны, заглубленные и открытые посты наблюдения и связи, чистка и укрепление дорог. Тренировки, маршброски, высадки, засады и налеты. Техобслуживание, ремонт, дооборудование, заправка, проверка, калибровка. Техника и люди работали круглосуточно.