1962. Хрущев. Кеннеди. Кастро. Как мир чуть не погиб

Тема развития не получила. Роберт Кеннеди никогда не станет мэром кубинской столицы. Его убьют, когда он будет иметь все шансы на избрание президентом США в 1968 году.

Макнамара утверждал, что «когда я покинул Белый дом и шел через сад к моей машине, чтобы вернуться в Пентагон в тот прекрасный осенний вечер, я боялся, что уже никогда не доживу до следующего субботнего вечера»[1510].

Около полуночи из Госдепа ушла ориентировка американским послам в ключевых столицах. Там говорилось, что послание Хрущева от 26 октября президенту Кеннеди «кажется, давало реальную надежду на то, что решение может быть найдено», но в результате нового, публичного заявления Хрущева «эти надежды уменьшились». Послам давались завуалированные рекомендации «проверить температуру» настроений людей, с которыми они поддерживали контакты по поводу того, что «действия США на Кубе могут повлечь за собой ответные шаги СССР в отношении НАТО».

Ключевые фигуры американской администрации провели эту ночь в своих кабинетах. Президент Кеннеди тоже не спал. Вместе с Дэйвом Пауэрсом они смотрели один из любимых фильмов Кеннеди: «Римские каникулы» с Одри Хэпберн и Грегори Пеком в главных ролях[1511].

Подлодка Б-59 капитана 2 ранга Виталия Савицкого находилась в 380 милях юго-восточнее Бермудских островов. Она оказалась в зоне ответственности АПУГ «Альфа», включавшей в себя авианосец ВМС США «Рэндольф» и эсминцы сопровождения «Бейч», «Бил», «Кони», «Итон» и «Мюррей». Подлодку засекли, установили и удерживали с ней прочный гидролокационный контакт. И началась настоящая охота за Б-59. Савицкий уходил как мог. Испробовал ловушки и имитаторы. Но оторваться от эсминцев не получилось.

До глубины сто метров температура воды была почти постоянной, и поэтому лодке было чрезвычайно трудно спрятаться под изотермическим слоем. И в десять утра подлодку настигли. Сверху посыпались шумовые гранаты. Для моряков, находившихся на глубине более ста метров, взрывавшиеся гранаты звучали как боевые глубинные бомбы. Температура на борту была около 65 градусов по Цельсию, а в машинном отделении временами бывало и жарче. Все члены экипажа потеряли до трети веса тела. Аккумуляторы были на пределе. К четырем утра следующих суток Савицкий был вынужден всплыть в 300 милях южнее Бермудских островов для подзарядки батарей[1512].

Б-59 всплыла посреди поискового ордера, в миле от авианосца «Рэндолф», стоявшего в сопровождении дюжины крейсеров, эсминцев и фрегатов. В предрассветной тьме на лодку спикировал палубный штурмовик «Треккер». Рев моторов, снопы мощных прожекторов оглушили и ослепили стоявших на мостике. Из-под крыльев самолета вырвались огненные трассы, вспоровших море по курсу подлодки. И тут же с правого борта пронесся второй штурмовик, повторивший прожекторную атаку и пушечную очередь. За ним пролетел третий «Треккер», четвертый, пятый…

После этого к лодке подошел эсминец «Бэрри». С кормы, справа и слева подходили еще три судна, нацелив на Б-59 расчехленные орудия, торпедные аппараты и бомбометы. В ружейной пирамиде второго отсека подлодки хранились лишь несколько карабинов для верхней вахты и с десяток офицерских пистолетов – нечем даже достойно встретить абордажную команду.

– Чей корабль? Назовите номер! Застопорьте ход!

Запросы и команды раздавались с «Бэрри» на русском языке. Савицкий, направив в сторону эсминца раструб видавшего виды мегафона, ответил:

– Корабль принадлежит Советскому Союзу! Следую своим курсом. Ваши действия ведут к опасным последствиям!

С антенны подлодки уходила одна и та же шифровка, адресованная в Москву: «Вынужден всплыть… Подвергаюсь постоянным провокациям американских кораблей… Прошу дальнейших указаний». В эфире вовсю работали американские глушилки. Только с сорок восьмой попытки (!) до Москвы дошел голос Б-59.

С борта эсминцев, где царило общее веселье, моряки махали руками, фотографировали лодку.

Малым ходом, форсированно заряжая батареи, подлодка двигалась на запад. Весь день американские эсминцы давили на психику: резали курс под самым форштевнем, заходили на таранный удар и в последние мгновения резко отворачивали.

Для того чтобы оторваться от преследователей, придумали хитрость. Два полуголых русских матроса вытащили на кормовую надстройку фанерный ящик, набитый бумагами, и, раскачав увесистый короб, швырнули его в море. На «Бэрри» решили, что это сверхсекретные материалы и отвлеклись на извлечение ящика. Ничего более ценного, чем подшивка газеты «Правда», они там не обнаружили. Меж тем, воспользовавшись замешательством, Савицкий скомандовал срочное погружение.

Уйдя на глубину в четверть километра, он выстрелил из кормовых торпедных аппаратов имитаторы шумов гребных винтов, отвлекая преследователей. Пока американские акустики гадали, где истинная цель, где ложная, Б-59 еще раз изменила курс и глубину, а потом, дав полный ход, исчезла[1513].