280 дней вокруг света: история одной мечты. Том 2

На следующий день мы выехали к гребню гор, через которые когда-то пролегал Великий шелковый путь и проходили груженые караваны. Исторически и географически очень крутое место, где даже просто вдоль дороги встречались древние петроглифы, высеченные на камнях. «Как они вообще это делали? Как тут можно пройти?» — не мог понять я: этот суперстрём на обрывах, усыпанных щебенкой, сильно напрягал нас. В моменты, когда Джаф совсем уже начинал дремать за рулем, я его сменял и начинал аккуратно лавировать между обвалами явно свежих камнепадов.

Несмотря на то что Каракорумское шоссе, считающееся самой опасной дорогой в мире, было построено весьма грамотно — с подпорными стенками, дренажем, оградой, столбиками и разметкой, — все равно вокруг все было разгромлено и еле дышало из-за постоянного движения гор.

— При строительстве шоссе погибло больше тысячи рабочих, — явно не с целью подбодрить сказал Джаф. — Просто падали вместе с камнями с этого обрыва в реку — и все.

— И все… — задумчиво протянул я, но развивать тему не стал — и без того не по себе было.

Еще одна беда состояла в тоннелях, куда постоянно нужно было нырять из-за невозможности проехать между скалами и водой, — на них то и дело наползал почерневший лед с ледников, который с грохотом периодически обваливался на крышу машины. Казалось, еще чуть-чуть — и она проломится, высыпав нам на головы тяжеленные глыбы.

— На самом деле нам повезло, что лед сыплется небольшими кусками и мы едем без остановок, — после очередного толчка сказала Инна. — Недавно я читала, что такой завал остановил движение шоссе аж на три недели! Машины не могли подобраться к месту, чтобы очистить его. Вот уж весело было бы тут застрять!

Как бы я ни хотел поскорее выбраться из этого «края смерти», я не мог не оценить удивительного феномена Каракорумского шоссе — через высочайшие горы мира, где раньше могли бродить только косматые яки и куда с трудом могли добраться даже местные, человек построил огромную международную трассу, соединяющую Пакистан с Китаем. Те, кто был причастен к строительству этой гениальной дороги, на самом деле были настоящими героями.

Мы постоянно лавировали среди устрашающих насыпей из серых каменных валунов слева и нависающих с гор острых горных наростов справа. От этого машину нервно подкидывало, и все ее внутренности, включая нас с ребятами, десять часов подряд трясло.

Уже на закате мы въехали в место, олицетворявшее тот самый страшный Пакистан, который я себе представлял: отовсюду на нас сыпались злобные взгляды горных моджахедов. Они явно были совершенно не рады, что какие-то белые появились на их земле. Спасал только внешний вид Джафа рядом с нами в машине, хотя сам он впадал в стресс и постоянно ворчал: мол, предупреждал — не надо было сюда соваться.

— Не ной! — бросила Инна с заднего сиденья. — Они ребята сложные, но хорошие. Можно договориться.

— Ага, и потому это село занимает первое место по количеству убийств в Пакистане, — обиженно буркнул ей в ответ муж.

Я от таких новостей присвистнул, но в спор встревать не стал — лучше сосредоточусь на дороге, тем более что до закрытия следующего перевала всего два часа, а нам еще километров пятьдесят ехать. И ночевать в этом райончике как-то совсем не хотелось. То, что полиция на всю ночь перекрывала сегмент в шестьдесят километров, чтобы никто не смел там ездить в темное время суток, о чем-то говорило.

Выехав из села, я с удивлением уставился на дорогу: она вся была засыпана огромными валунами, и явно они появились там совсем недавно. Причем так много, что объехать все просто невозможно, поэтому начал пытаться пустить некоторые между колесами и не задеть ходовую невысокого «Седанчика».

Послышался глухой резкий стук снизу. Я вышел из машины — переднее левое колесо на диске, заднее тоже. Отличаются только размером дырки в шине. Это просто катастрофа! Об один камень пробить два колеса! Не знаю, что меня расстроило больше — неудобство, что так покорежил ребятам машину, или понимание своей невеселой участи в сумерках в этом максимально небезопасном районе.

«Будешь жить долго и счастливо!» — вспомнились слова брахмана. Что ж, если верить этому пророчеству, сегодня статистику нападений я не пополню. Но если вспомнить Парусину…

Ну что за мысли в моей голове! Нужно думать, как выйти из ситуации, а не перебирать романтические предсказания. Запаска, конечно же, есть одна, но на ней не было никаких шансов сдвинуться с места. Минут через двадцать возле нас притормозил бусик, из которого вышли человек двенадцать. «Опа, — сразу подумал я, — а вот и местная братия подъехала».

Но все оказалось гораздо веселее: ребята с энтузиазмом бросились нам помогать, ставить авто на домкрат и снимать второе поврежденное колесо. Потом посадили Джафа в свою машину и поехали на ближайший шиномонтаж — вулканизировать.

А мы с Инной остались в кромешной тьме в горах. Честно говоря, я ожидал, что она сейчас выскажет мне все, что приберегла для своего Джафа: и какой я слепой, и откуда у меня руки, и зачем я вообще сел за руль…