280 дней вокруг света: история одной мечты. Том 2

Ах, вот почему выбито зеркало — догадался я, — чтобы можно было засунуть в ухо клиенту хоть коровью лепешку, а он этого и не заметил. Ну-ну, ребята, крутитесь как можете. Даже сложное медицинское название выучили! Дурных нет — но спорить я все равно не стал: было забавно наблюдать за их актерской игрой и собранным вокруг моей ушной раковины консилиумом. Местный наперсточный бизнес. Чистый развод, но кадры хорошие.

— Ничего себе, какая шумная улица, — начал эмоционально исполнять я, подбадривая спектакль уличных умников. — Парни, вы спасли мой слух, от всей души спасибо!

Можно кричать, ругаться, хмыкать, отворачиваться и презирать надувательство, а можно принять правила игры и получить удовольствие, вдоволь позабавившись. Судя по всему, в Индии ко всему придется относиться как к игре. Иначе тут не выжить.

Расплатившись с чистильщиками и собрав технику, я закинул вещи в отель и сразу отправился на соседнюю улочку Старый базар, чтобы выпить холодного пива и перекусить чем-то пряным. Искать снеки в дороге на вокзальных остановках я не стал — решил дать себе еще пару дней привыкнуть. Бар, который я выбрал, представлял собой что-то вроде захолустного стрип-клуба: неоновые вывески, бумажные фонарики, древние игровые автоматы из «Спортлото» и заклеенные пивными крышками стены. Но он, видимо, считался чем-то очень люксовым, потому что внутри сидели индийские «крутьки» с двумя перстнями на каждом пальце, способные позволить себе целый светлый «Kingfisher». Что, конечно, «круто», только еще в два раза больше. Лучший бренд индийского пива, названный в честь птички из здешних широт. Я решил не выделяться и с ходу попросил официанта оформить две бутылки — стоило, конечно, сначала оценить крепость напитка, а потом так смелеть. Но что уж теперь — не пропадать же добру.

С огромным удовольствием разделавшись с чикен масала, в шуме заведения я расслышал обрывки занимательного диалога с характерным британским акцентом.

— Да ты седьмой раз уже в Афганистан едешь, что ты нового там хочешь отыскать? Я тебе говорю, надо в этот раз подольше задержаться в Пакистане. Мы так ни разу и не доехали до Карачи, — возмущенно доказывал соседу по столу тощий долговязый бритт, явно стараясь склонить того на свою сторону. Собеседник был еще более длинный и непропорциональный: руки предательски все время выскакивали из рукавов неподходящей рубашки, а коленки нервно ерзали под столом, пытаясь найти положение, в котором не будут упираться в стул напротив. Вместе они выглядели, как братья Галлахеры, солисты группы «Оазис», — такие же горшочки с челочками на голове, клетчатые рубашки и шарфики на шее (и это в Индии! Где любая лишняя одежда липнет к телу, как лента для мух, и вызывает нервное раздражение). В общем, самые что ни на есть типичнейшие британцы.

— А я хочу еще раз в Кандагар! — не унимался второй. — Мы были там всего два дня, что я мог понять? И почему мы всегда должны выбирать именно твои маршруты? У меня тоже есть желания!

Не хотелось прерывать эту экспрессию и встревать, но я просто не мог упустить таких востоковедов — мне непременно захотелось познакомиться. При взгляде в анфас собеседники были еще более похожими — оказалось, братья-близнецы, Джонни и Джери. Аккуратно спросив разрешения, подсел за их столик и предложил вместе выпить — настал черед третьей десятиградусной бутылочки, ух! Братья оказались заядлыми бэкпекерами, причем довольно немолодыми как для кочевания по Ближнему Востоку. Их рассказы о путешествиях показались мне максимально нетривиальными — ни одной туристической точки, ни разу в Таиланд или Малайзию, но зато с десяток приездов в Иран, Пакистан и Афганистан. Вот это я понимаю — любители!

— Неожиданный выбор для англичан, или вы в Индии по местам былой славы проехаться решили? — улыбнулся я. — Не пугает ваш упорядоченный королевский менталитет этот хаос и неразбериха Азии?

— К черту распорядки, к черту правила! — выкрикнул Джонни. — Сыт по горло.

— Нас этим всю жизнь травили, чувак, — добавил Джери. Если закрыть глаза, то ни за что не поверишь, что с тобой попеременно говорят два разных человека, а не один. — Теперь хватит. Хочется искать и находить жизнь, искренность, чувства. Я не хочу стать консервной банкой раньше семидесяти. Жизнь нужно жить, а не размышлять о ней на подоконнике за чашечкой чая в дождливый день.

— У меня на все английские дожди размышлений не хватило, — хихикнул Джери, — мысли закончились. Пришлось как-то двигаться. Теперь вот кайфуем.